Когда человек окончательно потерял надежду попасть сегодня домой, у самых его ног вдруг мягко затормозил автомобиль. Открылась дверца, и вежливый голос произнёс:

— Садитесь, пожалуйста.

— Мне в Отрадное, — предупредил человек с тростью.

— Садитесь.

Человек недоверчиво подошёл к автомобилю и с трудом нащупал ручку дверцы.

— Я на заднее сидение, если не возражаете, — сказал он с просящими нотками в старческом голосе.

— Как вам будет угодно, — последовал ответ.

Человек с тростью разместился позади сидения водителя, и такси тронулось с места. Пассажир, только сейчас начинавший осознавать, какое счастье ему привалило, назвал свой адрес и приготовился было к долгому путешествию по ночной Москве на самую её окраину, но не прошло и пяти минут, как такси мягко остановилось, и всё тот же вежливый голос произнёс:

— Такси подано по указанному адресу. Будьте любезны уплатить один рубль пятьдесят семь копеек.

— Что, уже приехали? — удивлённо спросил пассажир.

— Да.

— Вот это я понимаю! — воскликнул он; настроение его сразу улучшилось, в голосе послышались весёлые нотки. — Вот это прокатил! Порадовал старика. Огромное вам спасибо, молодой человек.

Он вынул из кармана пальто несколько смятых бумажек и протянул вперёд.

— Возьмите, сколько нужно.

Пассажир почувствовал, как одна из бумажек выскользнула из его пальцев, и в тот же момент он услышал:

— Будьте любезны получить сдачу.

— А? — не понял пассажир.

Карман его пальто слегка оттопырился, и в него со звоном ссыпалась горсть мелочи.

— Какая сдача? Вы что? — изумился пассажир с тростью. — Вы в первый раз, что ли?

— Водитель такси обязан дать пассажиру сдачу с полученной им суммы, если таковая превышает стоимость проезда, — нравоучительно произнёс голос.

Пассажир недоверчиво покачал головой.

— Так-то оно так, — печально ответил он, — да только не в обычае это наших таксистов… Что ж, молодой человек, очень вам благодарен за доставленное мне удовольствие. Побольше бы было таких, как вы. Прощайте!

— Всего хорошего.

Человек с тростью слышал, как такси чуть слышно тронулось с места, но где-то совсем рядом раздался громкий, требовательный голос:

— Эй, шеф! Стой! Да стой же ты, наконец!..

3

К машине подбежал здоровенный тип в распахнутом полушубке и с длинным шарфом, трижды обмотанным вокруг мощной шеи и свисающим до самых его колен. Вновь прибывший был явно навеселе.

— Стой, шеф, погоди! Подбрось до Чухлинки! — с фамильярностью, переходящей все пределы вежливости, пробасил он. — Четвертной отстегну!

— Машина идет в парк, — ответил невозмутимый голос из недр такси.

— Как — в парк?! Да ты что? Я же плачу! — взревел тип и дёрнул переднюю дверцу — ту, что со стороны водителя, — на себя. Дверца поддалась.

— Поедешь как миленький! — гремел тип в полушубке. — И не таких обламывал…

Он нагнулся и заглянул в салон такси. Автомобиль был пуст.

— А… Где?.. — сдавленным шёпотом произнёс тип в полушубке и испуганно воззрился на слепого человека с тростью, стоявшего поодаль.

Дверца самопроизвольно захлопнулась, двигатель завёлся, и автомобиль, тихо шурша покрышками, беспрепятственно укатил в темноту ночи.

— А где шеф? — прошептал тип, растерянно озираясь по сторонам и непонятно к кому обращаясь.