|
Но даже и так из горожан столько денег не вытрясти, не говоря уже про политические последствия.
Ведь армия врага, то есть меня, была формально маэнской (на самом деле в результате приказа Эрика это уже было не совсем так), а вот город — бруосакский. Не станешь же ты грабить город союзника, а потом рассчитывать на хорошие отношения?
Выходит, без моего предложения он в любом случае подставляется перед отцом. Не говоря про такую мелочь, как угроза умереть в течение получаса с момента приказа атаковать армию умарцев.
— Король Бруосакса подвёл не только вас. Он подвёл и меня, лишив лёгкой добычи. Но это не значит, что у меня нет денег, — продолжил я, после того как дал возможность принцу это всё «переварить».
— И где же Вы их возьмёте, герцог? — хитро прищурился принц Ги.
— В банке, на личном счёте.
— Гномьем международном? — нахмурился он.
— Да. Том самом, который не грабят ни одни династии и государства, если не хотят столкнуться с последствиями. В том числе и я. Мне довелось захватить этот город и город Вальяд и ни разу мы не тронули банкиров.
— Да, проклятые гномы, — вздохнул принц Ги. — Они после такого не останавливаются ни перед чем, пока не убьют виновных и не истребуют у нарушителя компенсацию. А как мне узнать, что деньги у Вас и правда есть, герцог?
— Никак. Мы достигаем предварительной договорённости, а контракт со мной Вы заключите, когда увидите оплату. А пока Ваша армия побудет в состоянии, скажем так… квантовой неопределённости. То есть, без контракта.
— Но Вам нужно, чтобы я расторг контракт с Вейраном, верно? — предположил высокородный орк.
— Безусловно, пока Вы держитесь за контракт, технически…
— Я помню-помню. Ты самый странный человек из всех, кого я встречал, Рос Голицын фон Штатгаль, — сказал он, не оборачиваясь. — Ты рискуешь всем, что у тебя есть. Ты ставишь на кон свою жизнь, захваченный город и своё золото.
Он повернулся ко мне. В его глазах больше не было ни капли сомнения. Только холодный расчёт и уважение к силе.
— Орки Умара ценят три вещи: золото, сталь и смелость. Сегодня ты показал нам все три.
Он протянул мне руку. Не для рукопожатия. Это был жест воина, признающего другого воина. Странный такой жест, будто его ладонь была фонариком и он светил мне в район груди.
— Слушайте все и передайте прочим. Король Вейран владыка Бруосакса подвёл нас, нарушил контракт и не прислал денег. Я, Ги, восемнадцатый сын падишаха Ота Великого из рода Рычащих Буссов, расторгаю контракт с Вейраном и ни я, ни вы, мои подданные, более им не связаны. С этого момента армия Умара расторгает контракт и готова заключить новый контракт с Росом Голицыным и его армией Штатгаль.
Его воины издали синхронный и при этом жутковатый выдох, что видимо означало ритуальное принятие воли принца.
Его рука развернулась для рукопожатия. Я пожал его руку. Хватка принца орков была как стальные тиски.
— Добро пожаловать в Штатгаль, принц. Вы — мои гости, — сказал я.
Принц кивнул, ничего более не говоря. Он повернулся к своим и стал отдавать команды на орочьем — его армия продолжала высадку в порту.
Предварительная договорённость была достигнута.
* * *
Створки ворот закрылись и Гришейк, который был в передних рядах щитовиков, негромко озвучил общий вопрос:
— Ну, как там оно, босс?
— Мы договорились. Почти. Осталось дело за малым.
Тут в районе ворот были все, не задействованные на военных позициях, в том числе и Деций, так что в качестве серьёзности своих намерений я лишь вручил ему контракт Бруосакса, который незаметно умыкнул с ящика. |