– Ученые говоришь? – недоверчиво уточнил староста, – А чем вы тут народ пугали, а?

Тишка обернулся к Аньке, как будто эстафету ей передал. Вздохнув, моя сестрица вышла вперед и протянула старосте книгу. Он взял книгу, открыл ее, и чуть переменившись в лице, спросил.

– Откуда?

– В наследство досталась, – ответила Анька, внимательно следя за лицом старосты и тут же забирая книгу обратно.

– Пойдем за мной, – кивнул он и, развернувшись, пошел в сторону своего дома. Переглянувшись, мы последовали за ним.

– Проходите к столу, – сказал староста, как только мы переступили порог его хижины. То, что это действительно хижина, а не дом, я убедилась наглядно. Мало того, что она действительно была деревянная, так еще и маленькая до безобразия, всего полторы комнаты и при этом абсолютно никаких удобств! Анька, сразу же как переступила порог, успела удариться головой о балку и споткнуться о порог, причем споткнулась она капитально, Тишка ее у самого пола поймал!

– Спасибо, – смущаясь и отряхиваясь, пробормотала моя сестрица. Я осторожно прошла следом за ней и осмотрелась: печь, в углу кровать, стол и три стула, ну и напротив входа икона с кадилом. Интересно, а почему три стула?

– Я – Никодим, – представился староста, усаживаясь на один из стульев у стола.

– Тихон, – кивая, представился Тишка, я даже не поняла вначале, а потом до меня дошло, что это его полное имя. Сразу же вспомнилось, как я потешалась над ним в детстве, пока Анька меня не приструнила!

– Лора, – подходя ближе, сказала я.

– Анна, – все еще хмуро отряхиваясь, добавила моя сестрица.

– Лоранна?! – почти выкрикнул староста.

– Лариса и Аня, – ответила я, немного оглушенная его этим криком.

– А откуда вам это имя известно? – тут же насторожилась моя сестрица, мне даже показалось, что у нее кончик носа зашевелился, как у кошки, когда она сало унюхает!

– Да слышал где-то, – слабо отмахнулся Никодим, но было поздно, Анька встала на след!

– Где? – вкрадчиво поинтересовалась она, подходя ближе. Я подошла вместе с ней. А наш староста не так стар, как это может показаться из-за его чрезмерной растительности на лице! Лет 40, если не меньше, хотя я всегда плохо определяла возраст человека, так что могу и ошибаться.

– Какое это имеет значение? – нервно спросил староста.

– Да интересно просто, – пожала плечами Анька и без приглашения уселась напротив Никодима, я последовала ее примеру, заняв последний свободный стул, – книга вас наша заинтересовала, имя нашей прабабки вам известно – как-то странно, вам не кажется?

– Меня предупреждали о вашем появлении, – опустив голову, буркнул староста. М-да, под напором моей сестренки сложно отмалчиваться! И что странно, она ведь не пугает, не угрожает, просто спрашивает, а народ ей тут же всю правду-матку выкладывает, но и она практически не лжет, за что мы вечно и бываем наказаны!

– Кто? – напряженно поинтересовался Тихон, тьфу, Тишка. Правда, вид у него сейчас такой грозный, что Тишкой его назвать язык не поворачивается.

– Здесь староста до меня был, он и предупреждал, – продолжал откровенничать Никодим.

– А что конкретно он вам говорил про Лоранну? – продолжала допрос Анька.

– Только то, что она непременно вернется, – пожав плечами, ответил Никодим.

– А где сейчас этот староста? – встряла я, что-то мне стало не очень комфортно от того, что о нашем прибытии уже знали.