— Ничего не случилось. Иди спать, Дон.

Пожалуйста, иди спать. Это слишком невыносимо — смотреть на ожившую античную статую в легкомысленных плавках.

— Почему ты устроилась здесь?

— Не могла заснуть. Решила сменить обстановку.

Если она скажет ему, что у нее под кроватью мышь, он сразу же поднимет ее на смех, а этого она больше не вынесет. Особенно от Дона О'Брайена.

— Я посижу с тобой?

— Не надо! Я спать хочу.

Разумеется, он ее не послушал. Уселся в ногах и о чем-то задумался. Пользуясь темнотой, Морин нахально рассматривала своего похитителя…

— Морин?

— А? Что?

— Это надо прекращать.

— Что именно?

— Вот эти свиданки в полуголом виде по ночам.

Она задохнулась от возмущения и ответила максимально холодно:

— Я бы с радостью, но с бессонницей трудно бороться при помощи волевых решений.

— Вчера ты спала.

— Я устала и немножко обалдела. Слишком много впечатлений. Сегодня я отдохнула. Вот и результат.

— Это все стресс. Бессонница — первый признак.

— Я пробовала пить таблетки, но после них по утрам ужасно болит голова и нет сил… Слушай, отстань. Я уже засыпаю, а ты тут разговариваешь, разговариваешь…

— Так почему бы тебе не вернуться в свою комнату и не заснуть на нормальной постели?

— Потому что там кто-то есть!

— Деточка, опомнись…

— Мышь, или еще кто-нибудь…

— Мышь? А почему ты не завизжала?

— Я никогда не визжу.

— Ого! Я потрясен.

У нее не осталось сил на то, чтобы понять, смеется он или нет. Морин заснула.

По лицу бегали теплые солнечные зайчики, забирались под ресницы, щекотали в носу. Морин поморщилась, улыбнулась, осторожно открыла один глаз…

Это была не ее кровать. То есть совершенно чужая.

Она резко села и огляделась по сторонам.

Она провела эту ночь в чужой постели, и кто-то спал рядом с ней, вон, подушка смята.

И этот кто-то — Дон О'Брайен!

Но как oнa здесь очутилась?! Что происходит?

Дверь открылась, и Дон вошел в комнату с подносом в руках.

— С добрым утром, дорогая. Завтрак в постель!

Она на некоторое время просто онемела, поэтому молча смотрела, как он ставит перед ней поднос, а сам совершенно спокойно ложится рядом, небрежно вытянув длинные мускулистые ноги. На нем был короткий шелковый халат бирюзового цвета. Дорогой, наверное…

— Как я здесь оказалась?

— Я тебя принес на руках. Потом мы сплелись в страстном объятии и занимались диким и необузданным сексом, но ты этого, разумеется, не помнишь. Кофе?

— Дон, перестань издеваться!

— Ты со сна очень хорошенькая.

— Заткнись!

— И волосы у тебя так буйно разметались по плечам, что хочется зарыться в них лицом. А какая ночная сорочка…

— Это Анжи купила! Слишком открытая, да?

— Так ты хочешь узнать, что случилось прошлой ночью?

— Ты же мне уже сказал.

— Я соврал.

— Я знаю.

— Ты очень умная. Пей кофе, остынет.

— Пью. Очень вкусный, Я думаю, что заснула на кушетке, а ты меня перенес, вот только не могу поверить, что даже не проснулась… Так ведь меня можно из дома вынести, а я и не замечу!

— Ты просто устала, малыш.

— А ты почему меня не разбудил, негодяй? Знал же, что я испугаюсь!

— Я подумал, а вдруг ты на меня за это обидишься? Кроме того, как честному человеку.