Адашев-Гурский откинул вперед правое сиденье и повернулся к мужику:

— Ты отряхнись хоть. И давай назад.

Элис села за руль и завела двигатель. Гурский, засунув мужика на заднее сиденье, сел рядом с ней.

Белая "восьмерка" с помятым передним крылом тронулась с места, развернулась и поехала к выезду с кладбища.

Адашев-Гурский обернулся — на крыльце вагончика, все так же держа в руках саквояж, одиноко стоял доктор Вениамин и смотрел им вслед.

29

Петр Волков вышел из квартиры, и за его спиной глухо лязгнул запор железной двери. Спустившись по лестнице, он сел в машину и, достав из кармана мобильный телефон, набрал номер.

— Да, — ответили ему.

— Леша? Это Волков. Как там у нас?

— Да пасем пока. Этот гад все по центру крутится, а тут же толпы кругом. Был момент, он на Восстания тормознул и в парадную какую-то зашел, и народу вроде почти нет. Мы дернулись, а тут, ну как назло, менты. А он из парадной буквально через пару минут и вышел. Сел обратно в тачку и отвалил. Опять пасем.

— А что менты?

— Да нет, они чисто случайно рядом встали. Один в магазин зашел, купил чего-то, вышел, они и уехали. Но все так совпало… Не винтить же его у них на глазах.

— Все правильно, Леша. Никуда он не денется. Ты вот что… Я тебе сейчас адресок продиктую один, скажи ребятам, пусть пассажиров наших туда забросят. Я там тоже сейчас минут через пятнадцать-двадцать буду.

— Понял.

— Ну все, удачи.

Петр отключил телефон и бросил его на "торпеду".

"Как там Гурский, интересно? — подумал он, отъезжая от поребрика. Ничего, сейчас это дело расхлебаем, а потом уж…"

К воротам какой-то спортивной базы Волков подъехал почти одновременно с микроавтобусом. "Мерседес", мягко качнувшись на выбоине, въехал во двор. Петр въехал следом, и ворота за ним закрылись.

Во дворе, в окружении молчаливых парней спортивного вида, стоял невысокий, крепкого сложения темноволосый мужчина, на нем были черные брюки, светло-голубая рубашка и бордовый галстук. Он чуть приподнял в приветствии руку.

Волков заглушил двигатель, вышел из машины и подошел к нему.

— Привезли? — спросил брюнет.

— Там, — кивнул на автобус с черными стеклами Петр.

— Принимайте, — коротко бросил мужчина парням.

Те гурьбой подошли к "мерседесу". Широкая дверь его салона скользнула назад.

Неуверенно шагнув через порог и растирая запястья, наружу первым вышел тот из "пассажиров", что был постарше. Его взяли под руки, и он, чуть споткнувшись, пошел вместе с провожатыми к раскрытой железной двери невысокого кирпичного строения.

Следом за ним из автобуса вышел второй. Он крутил головой, пытаясь перехватить чей-нибудь взгляд:

— Пацаны… ну давайте разберемся. Ну вернем мы эти бабки, ну… А? Кто ж знал?

— Вернешь, — негромко сказал темноволосый. — Ты у нас все вернешь. Еще и доплатишь.

Дверь "мерседеса" мягко захлопнулась.

— Ну что, — взглянул на брюнета Волков, — все?

— Да. Но… тут тема такая… — замялся мужчина. — Я сейчас схожу, на минуту буквально, прослежу, чтоб там все было… как надо. Подождите, хорошо?

— Хорошо, — согласился Петр. — А своих мне отпускать?

— Да как хотите.