— Да, мэм. — Клер отпила половину второго стакана лимонада — терпкого, сладкого, восхитительного. — Мне просто интересно... этот символ рядом с вашей дверью... Что он означает?

Лиза и бабушка пронзили ее взглядами, но не отвечали. На обеих были браслеты, серебряные, с символом Основателя. В конце концов Лиза сказала:

— Тебе пора уходить.

— Но...

— Убирайся! — закричала девушка, вырвала у Клер стакан и с грохотом поставила его на стол. — Не заставляй меня на глазах у бабушки вышвыривать тебя из дома!

— Уймись, Лиза. — Старушка наклонилась вперед; послышался скрип, издаваемый то ли качелями, то ли ее старыми костями. — Девушка просто ничего не понимает, но все нормально. Это символ Основателя, дитя, и это дом Основателя, а мы люди Основателя. Как и ты.

Лиза слушала ее, потрясенно раскрыв рот.

— Что? — спросила она, обретя способность говорить.

— Не видишь, что ли? — Бабушка взмахнула рукой перед лицом Клер. — Она светится, и они видят это, точно тебе говорю. Они и пальцем ее не тронут, помечена она или нет. А если тронут, это будет стоить им жизни.

— Но... — Лиза выглядела такой же беспомощной, какой себя ощущала Клер. — Ба, у тебя что, опять видения?

— Нет у меня никаких видений, малышка. Просто вспомни, кто в нашей семье уцелел, когда все остальные погибли. — Взгляд выцветших глаз остановился на Клер, и та вздрогнула, несмотря на угнетающую жару. — Не знаю, почему она пометила тебя, дитя, но так оно и есть. Остается одно — просто жить с этим. А теперь иди. Иди домой. Ты ведь получила то, зачем пришла.

— Все-таки получила? — возмутилась Лиза. — Клянусь богом, если ты украла что-то в нашем доме...

— Ш-ш-ш... Ничего она не украла. И все же получила то, что хотела, правда, девочка?

Клер кивнула и нервно провела рукой по волосам. Она просто истекала потом, волосы были влажные, липкие. Внезапно идея вернуться домой показалась очень привлекательной.

— Спасибо, мэм. — Она протянула старушке руку, и та, после короткого раздумья, взяла ее своей «птичьей лапкой» и легонько встряхнула. — Можно мне иногда приходить сюда повидаться с вами?

— Это будет стоить тебе шоколада. — Бабушка улыбнулась. — Я питаю слабость к шоколаду.

— Ба, у тебя же диабет!

— Я стара, девочка, и в любом случае скоро от чего-нибудь умру. Почему бы не умереть от шоколада?

Они все еще спорили, когда Клер спустилась по ступенькам, пересекла ухоженный дворик и вышла через калитку в белой ограде. Бросила взгляд на проулок, по которому собиралась пройти, и снова вздрогнула. Пауки-каменщики. Нет, теперь у нее не было никакого желания срезать путь. И о Джейсоне Россере она многое выяснила. По крайней мере, точно знала, как он выглядит, — на случай, если ему вздумается снова преследовать ее. Клер пристроила рюкзак поудобнее и двинулась в обратный путь.

7

Ни отец Шейна, ни его байкеры больше не появлялись. Фактически, вопреки опасениям Клер, в Морганвилле было очень спокойно. Рано утром на следующий день им снова нанесли визит Трейвис Лоув и Джо Хесс с сообщением «нет новостей — уже хорошая новость», предназначенным прежде всего для Евы, а также для остальных обитателей дома. Вежливые, доброжелательные, для копов они были очень даже неплохи, но их появление пугало Клер, пробуждало ее паранойю. Сказывался, видимо, тот факт, что они все-таки копы. А вот Еву это, похоже, ничуть не обеспокоило. Она вышла с мутными после сна глазами, только что из душа, в халате с надписью «Привет, киска» и без своей готической маски.