— Я поговорю с Роем, — пообещала она, когда они подошли к дому. — Он поймет. Он сохранит твою тайну. Рой обязан тебе так же, как и я, Бев. Никто никогда не узнает правду о «Бабочке».

В библиотеке они нашли весьма взволнованного Боба Маннинга, который показывал содержимое своего портфеля Мэгги и Кармен. Когда он повернулся и увидел, что вошла Беверли, то сказал:

— Ты не поверишь тому, что я принес… — Он замолчал, увидев, что Энн тоже вошла.

— Все в порядке, Боб, — проговорила Беверли. — Я все рассказала Энн. Ты можешь спокойно говорить в ее присутствии.

Он вручил портфель Беверли.

— Это все здесь. И даже больше.

— Давайте начнем, — произнесла она.

Июнь

47

На следующее утро после голосования газеты пестрели заголовками «Маккей выиграл первичные выборы в Калифорнии».

Сопутствующая статья на первой странице описывала ситуацию в общем, но на этой последней стадии предвосхищала победу преподобного Дэнни Маккея над его республиканскими противниками в этих «определяющих для кандидатов» первичных выборах. Выиграв у всех калифорнийских делегатов, которых было гораздо больше, чем у любого другого штата, основатель «Пасторств Благой вести» должен был набрать теперь всего восемьдесят голосов для получения президентского назначения. Эксперты предсказывали, что у него не будет никаких проблем с получением недостающих голосов на съезде, который должен состояться через шесть дней. Текст включал фотографию улыбающегося Дэнни, торговую марку «Стетсон» на его голове. Вечеринки проходили круглосуточно в отеле «Сенчури Плаза», его временной резиденции в Лос-Анджелесе.

Однако на следующий день на первой странице появился совершенно другой и весьма неожиданный заголовок: «Имя Маккея связано с борделем на Беверли Хиллз».

— Иисус Христос! — пробормотал Дэнни, когда увидел утреннюю газету. У него было похмелье после вечеринки по поводу победы прошлым вечером, и он пытался прийти в себя при помощи томатного сока и соуса «Табаско». К тому же он не выспался, потому что не мог спать после звонка из газеты, прозвучавшего после двух часов ночи.

Они позвонили, чтобы сообщить ему об информации, которую получили от полиции и которую собирались печатать. «Принимая во внимание ваше положение в обществе, — сказали ему, — мы подумали, что было бы справедливо предупредить вас».

И вот она, эта статья.

Дэнни бросил газету и посмотрел на Боннера. Из внешней комнаты он мог слышать звонки телефонов и постоянный стук в дверь. В своей личной спальне Дэнни включил телевизор. И увидел на экране свое лицо — фотографию для общественности из его собственного досье. Голос за кадром говорил:

— «…проверено вскоре после полуночи. Полиция, реагируя на анонимный донос, обыскала комнаты над магазином одежды и обнаружила то, что они описывают как помещение, основанное с целью ведения незаконной деятельности. „Фанелли“, дорогой магазин мужской одежды на Родео Драйв, как только что выяснилось, принадлежит компании „Королевские фермы“, которой владеет сам Дэнни Маккей, кандидат в президенты. До настоящего времени прямой связи между преподобным Маккеем и заведением наверху установлено не было, но полиция изучает некоторые улики, которые были найдены в помещении, похожем на офис этого незаконного предприятия».

В то время как его штат во внешней комнате занимался репортерами и телефонными звонками, Дэнни стоял в пижаме и шелковом халате, глядя на экран и не веря своим ушам.