— Вы еще спрашиваете, дядя Леша?!! — Усмехнулся Сергей. — Да кто ж про вас не знает?!!

Про легендарного одесского «домушника» и «щипача» Лешку «Дубину», который славился своими уникальными кражами не только в Одессе, но и по всему СССР, ходили самые настоящие легенды…

— Ну, вот и хорошо!.. — Улыбнулся «дядька» и обернулся к сокамерникам, застывшим, как изваяния. — А теперь… Расскажи-ка ты людям, мил человек, чем сам славен… За что на «Лебедь» залетел? Тут простые «бродяги» не чалятся!.. А ты, Кабан — «первоход»… И сразу к нам!.. Странно это все… И непонятно…

— А может он «наседка», Тимофеич? — Раздался голос. — Мож он «казачок к нам засланный»?

— Глохни, Сиплый! — Рявкнул «старичок». — Дай сначала малому слово молвить! Суд вершить потом будем!..

И в этот момент Сергей понял, что этот человек и в самом деле пользуется неограниченным авторитетом…

Следующий час был потрачен Сергеем на рассказ об алмазах…

Он рассказал все, что знал…

Вернее… Почти все…

Так же, как всего-то 3 месяца назад «отчитывался» перед московскими «законниками»…

Правда…

Сейчас Кабан добавил к рассказу свою египетскую «эпопею» в местной тюрьме, и про генерала ФСБ, который тоже его подозревал в краже этих алмазов…

Ну, и, понятное дело, то, что именно благодаря Стараниям «фээсбэшников» он, по своим «полулегким» статьям, по первой судимости попал не в «общий» или «строгий» режим, и даже не на «усилок», а именно сюда, в «Белый лебедь»…

— Че-то… Фуфел какой-то, Тимофеич… — Проговорил один из заключенных, у которого на теле татуировок было немногим меньше, чем у самого Дубины. — Не нравится мне все это… Ментовской шнягой воняет!..

— Кто-то еще скажет?

— А я ему верю! — Сказал уверенно, такой же, третий «расписной». — Пацана голимо подставили!.. И потом, Тимофеич… Прежде, чем стать «положенцем», пацан ответил на все вопросы! А московским «законникам» я верю — не те «бродяги», чтобы фуфел схавать!..

— Кто еще скажет? — Дубина обвел взглядом присутствующих.

Но больше никто не высказался…

— Тогда скажу я!.. — Проговорил он, выждав положенную в таких «делах» паузу. — Я Кабану верю!.. Это я сказал!.. Пацан залетел на «Лебедь» по ментовскому беспределу!!! И пацан правильный — нашей «козырной масти», трефовой!.. Пусть живет малой — здается мне, что он «правильный пацан», хоть и послужил в армии!..

Этот, довольно пожилой «дядька», выдержал еще одну, довольно продолжительную паузу, и проговорил, наконец, обращаясь теперь непосредственно к Сергею:

— В общем… Общество тебя приняло, Кабан… И вопросов к тебе больше нет… Как, я надеюсь, и «косяков» за тобой, которые обязательно всплывут, если они есть…

— Таких нет! — Ответил Сергей уверенно.

— Пожуем — увидим… — Ответил вор и остро взглянул на Сергея. — Дальше можешь меня называть «Тимофеич», или «дядя Леша»… Пока можешь, Кабан!.. Я за тебя поручился перед «людьми», мальчик, а они, далеко не все уверены в «твоей правде», хотя и доверяют мнению тех авторитетных людей, кто тебя «на положение» ставил… В общем… Живи пока!.