Причина их скорби сидела на маленьком стуле в конце коридора ведущего к тюремным камерам. Келемвор внимательно изучил полное блаженства выражение, застывшее на лице мертвого человека, затем перевел взгляд ниже, чтобы осмотреть рукоять короткого меча, торчавшего из его шеи. Меч был вонзен с такой силой, что острие клинка, прошив стражника насквозь, вошло в известковый раствор, скрепляющий камни между собой.

«Кто его убил?» — рявкнул Келемвор. Его слова нарушили тишину, царившую на лестничной площадке, и все повернулись в его сторону.

«Он сам убил себя», — произнес рыжеволосый стражник, нервно раскачивающийся на ногах. «Когда я пришел сменить его, то на его шее была небольшая ранка. Когда я поинтересовался, что же с ним произошло, то он поведал мне историю о парне, который был здоровым, примерно как Форестер. Также он сказал, что у него были рыжие волосы, как и у меня, а также необычный акцент».

Стражник на какой-то миг прекратил раскачиваться и обернулся к Морнгриму. Правитель кивнул, и стражник продолжил свою историю. «Он сказал, что этот человек спустился по задней лестнице и по приказанию Лорда Морнгрима забрал заключенных». Рыжеволосый стражник замолчал на миг, затем вновь начал раскачиваться. «Поведав мне все это он достал меч, улыбнулся и вонзил его себе в горло, точно в том месте где была небольшая ранка! Вот так все это и произошло. Я клянусь!»

Вновь наступила тишина, нарушаемая лишь криками заключенных голосящих в своих камерах. Один из голосов выделялся особенно.

«Я видел!» — кричал грязный, темноволосый наемник. «Я все видел!»

Морнгрим отвернулся от трупа и направился к камере заключенного.

«Накройте его чем-нибудь», — приказал Турбал, взмахнув своей палочкой для ходьбы, и последовал за своим повелителем к камере. Келемвор шел за ним следом.

«Что ты видел?» — спросил Морнгрим.

«Э-э-э, не так быстро!» — произнес заключенный, свесив руки с прутьев решетки. «Что я получу взамен?»

Морнгрим схватил заключенного за руку и с силой дернул на себя. С нечеловеческим криком, наемник врезался в проржавевшие железные прутья. Молниеносным движением меч Морнгрима покинул свои ножны и тут же замер, зависнув над запястьем заключенного.

«Ты сможешь оставить свою руку при себе», — выкрикнул Морнгрим. «Говори живо, а не то я раскромсаю тебя на куски, и начну прямо сейчас с этой руки!»

Заключенный посмотрел в налитое кровью лицо правителя Шедоудейла и быстренько выложил все, что видел прошлой ночью.

«Сайрик», — произнес Келемвор, склонив голову. «Это, должно быть, был Сайрик!»

Внезапно с вершины лестницы раздались крики. «Здесь еще тела! Форестер мертв!»

«Пойдем со мной», — сказал Морнгрим Келемвору, и они вместе поднялись по лестнице, пересекли коридор и вошли в комнату для аудиенций, где вершился суд. Посреди комнаты стоял низенький, лысый стражник. Его меч был наготове, словно он в любую секунду ожидал каких-либо неприятностей. Пока стражник вел правителя и воина вверх по лестнице к задней части помоста, его маленькие пухлые руки заметно дрожали. На задней стене висели занавеси с изображением герба Морнгрима. На одной из красных штор, внизу, виднелось небольшое пятно. Тело Форестера была оставлено прямо за троном Морнгрима.

«Пятно заметила служанка, Каллиопа», — тихо пробормотал лысый стражник.

Правитель затрясся от гнева. «Обыскать башню», — сильно сжав руки, произнес Морнгрим.