Гога вышел.

— А тот Душин ни под чьей «крышей» не стоял? — поделился сомнениями Седой.

— Нет. Я бы знал. Там разборка была по мелочам, — сказа Вася, наморщив лоб. — Хотя Калмык к этому делу что-то имел. Короче, не забивай себе голову. Действуешь напрямки, очень быстро. Живых из них не оставлять никого. Чемодан с бумагами ко мне. Дашка должна исчезнуть начисто! Понял? Сразу после того, как проводит. В общем, бери Гогу — и дуй! Сам это дело придумал — сам и ответишь, если что. Я сейчас позвоню одному свату, он обеспечит те<style name="30">бе</style> время до семи утра. Но это, блин, денег стоит. Если впуст<style name="31">ую</style> съездишь — произведу начет.

Гога и еще четверо подобного рода ребяток, позевывая, но быстро и молча уселись в «Ниссан-Патрол». С ними уселся и Седой, чтоб доехать до того места, где оставил свою машину.

— Все нормально! — сказал он, влезая в джип. — Погнали!

Когда обе машины сорвались с места, поглядел на часы, прикинул. На визит к Васе ушло меньше четверти часа. Что ж, был шанс уложиться до света…

Десяток километров до поворота иномарки проскочили быстро, потому что, пользуясь пустотой на шоссе, гнали скоростью далеко за сотню. По сторонам все только мелькало. Тем не менее когда проезжали Кузнецовку, Даша дернула Седого за рукав:

— Вон, смотри, «уазик» у обочины! На нем мы со свалки уехали… Ой, около него стоит кто-то!

— Проехали! — отмахнулся тот. А зря!

Рядом с «уазиком» стояли люди Калмыка. Даша, если б не темнота и большая скорость, могла бы их рассмотреть, наверное, даже узнать среди них Чалдона с забинтованной головой.

Брат упертого

Произошла дурацкая случайность, без которых жизнь, увы, не обходится. Даша, удирая с фермы, остановила «уазик» напротив дома парня, который работал в одной смене с Чалдоном.

Этот парень, Матюха, был одним из тех двоих, что за бутылкой ходили. Именно они с приятелем, вернувшись из этого похода через пятнадцать минут после бегства Тарана и Даши, первыми обнаружили два трупа и оглоушенного Чалдона, который только-только начинал очухиваться. В сейфе караулки у них имелся запасной телефонный аппарат. Сумели заменить им разбитый и дозвониться до Костыля. Конечно, парни сильно рисковали: за эту бутылку им могли головы свернуть. Поэтому, прежде чем предстать перед Калмыком и его приближенными, решили столковаться с Чалдоном, которому мордобоя было все равно не избежать. Чалдон все понял правильно: по его версии, эти два братка не за пузырем ходили, а делали обход в дальнем углу территории склада и прибежали только тогда, когда пацан с девкой удрали. Ну а сам про себя разъяснил, что Таран якобы начал стучать в дверь, орать, что, мол, Дашка повесилась. Чалдон вошел в «камеру» один и получил там по башке, после чего Юрка захватил его ружье и замочил Кумпола, а также собачника, но как именно — Чалдон не видел.

Все обошлось. Чалдону немного постучали по роже, но решили, что жить может. «Уазик» был его личный, поэтому материально он себя уже сам наказал. А тем двоим, которых Чалдон выгородил, всего лишь пришлось прослушать килограмм мата в исполнении Жоры. В пять часов они сдали дежурство и отправились домой к Матюхе. Все трое и с горя и с радости, а также по случаю грядущего отсыпного дня неплохо кайфанули, добавив к «той» бутылке еще пару. Заснули где-то в семь вечера, а где-то после двух ночи уже проснулись — похмеляться собрались. Матюха же пошел на двор за малой нуждой. И буквально обалдел, увидев, что «козел» Чалдона стоит рядом с автобусной остановкой. Они аж протрезвели, выбежали на дорогу и стали рассматривать машину.