— Я, извините, в электронике ни бельмеса не смыслю. Вы не обратили внимания — я ведь отношусь к женскому полу. Вся эта штуковина, насколько я слышала, как-то там запрограммирована и какие-то системы есть отдельно на игру и отдельно на дублирование, а возможно, и все вместе. Иначе говоря, у вас появляется то же самое, что и появилось бы, играй вы дальше, а не пробивай. Надеюсь, второго варианта не существует, не то меня кондратий хватит.

Элегантный пан удивился, даже играть перестал.

— Почему же?

— А при дублировании несколько раз было каре, однажды пять карт и раза два покер. Получается, потеряла выигрывающие системы. Решительно предпочитаю, чтобы все было отдельно, и внушила это себе, чтобы не свихнуться.

— Интересно. Возможно, вы и правы. Мне всегда казалось, это отдельные системы, даже в голову не приходило, что то и другое могло бы составить продолжение ряда. Теперь испытаю метафизический метод…

Меня заинтересовал метафизический метод, взглянула. Левой рукой он заслонил первую карту, от которой зависело остальное, и пошел на пробой. Удваивал тройку. Первой карты не было видно, лишь следующие четыре, не раздумывая, он ударил среднюю клавишу. Семерка, по всей видимости, была больше первой карты, автомат заиграл выигрыш. Тип повторил операцию, не отрывая руки — снова не видно начала; нажал предпоследнюю клавишу, музыка опять подтвердила выигрыш. Рискнул в третий раз — успешно, из одной тройки набил двести сорок жетонов. Поколебался, все в той же позиции, опираясь на машину рукой, решился в четвертый раз. Я молчала, чтобы не спугнуть удачу, но была уверена: теперь-то уж наверняка не угадает и никакая метафизика не поможет.

И все-таки угадал. Отказался от всякой черной магии, перебросил на кредит и наконец убрал левую руку с автомата.

— Меня все же очень занимает, как некоторые игроки постоянно добиваются успеха, — поведал он задумчиво и даже без зависти. — Я как-то даже наблюдал, правда, за автоматами в «Гранде», там немного другие. Вы там бывали?

Я коротко кивнула, полагая, что моя сдержанность его попридержит.

— Там есть красная и черная, не ошибиться пять раз подряд — поверить трудно. Как вы думаете, какие факторы действуют? Вдохновение, радиестезия?

Я хотела было сказать: сам ты в «Гранде» удваивал без проигрыша по пять раз, но, к счастью, вовремя прикусила язык. Оживленная дискуссия меня не привлекала. — Одним везет, другим нет, — закруглила я.

— А вы не хотели бы выигрывать?

— Да, хотела бы, только в моем случае — безнадега. Следовало родиться под другим знаком Зодиака. Ничего тут не поделаешь, и я уже привыкла.

— Ну, а скажем, вдруг есть некий метод? Научный, к примеру…

Сперва я решилась вежливенько попросить этого пана заткнуться. А после сообразила — безумие с автоматами, естественно, бросалось в глаза, не он один раздумывал, откуда слепой фарт у нескольких игроков. Пожалуй, пристал он ко мне не просто так, дошло до меня наконец.

— Не знаю, есть ли научный метод на такое везение, — ответила я холодно. — Поверьте, я не в курсе дела. К тому же, сдается, уже несколько таких научников стреляли себе в лоб в Монте-Карло. У вас есть пистолет?

— Нет.

— Ну, так вам не миновать головой вниз с Дворца культуры.

Он сохранил полное спокойствие, лишь слегка нахмурился.

— А существуй такой метод, — снова заговорил он, — не хотели бы заняться?

— Разумеется, хотела бы. Только вот сомневаюсь, едва ли мне кто-нибудь расскажет.

— Я бы охотно, если бы знал. Не имею чести быть знакомым с этими счастливчиками. Может, вы?

— Что я?

— Знакомы с кем-нибудь из них?

— В основном со спины.