— СТОЙ! — воскликнул я, уже догадавшись что изобрёл этот парень. Но зная пагубность такого света для глаз без защиты, остановил его. Не хватало ещё ослепить всех, а мне потом исцеляй их.

Когда свет погас, я увидел небольшой шов, соединяющий металлические трубки между собой. Посмотрев на паренька, я был сильно удивлён. Сварочный аппарат, использующий магическую энергию — для меня это было дико. Но на Теллусе действуют другие законы «физики».

— Ты сам его собрал? Один? — беря трубки в руки и пробуя их на прочность, спросил я.

— Господин, как я и говорил, я работал с отцом. Но полгода назад, — предательски дрогнул голос, — его убили.

Я посмотрел на Фисто, но тот пожал плечами, тем самым дав понять, что ему об этом ничего неизвестно. Я дал ему знак, чтобы тот занялся этим вопросом. И когда граф мне кивнул, я продолжил расспрашивать Славянова Павла.

Порой он изъяснялся только ему понятными терминами. Но одно я понял, он полностью понимал за что отвечает каждый узел. И с какими проблемами он столкнулся, изобретая сварочный аппарат.

В итоге я приказал Смирнову, чтобы он как можно скорее организовал производство сварочных аппаратов. А также проследил, чтобы юристы в кратчайший срок подали заявку на патент.

Виктор не стал долго мудрствовать, приказал слугам погрузить аппарат на телегу и посадив рядом Славянова отправил его с письмом к юристам.

От завода мы поехали в сторону строящихся крепостей Ка Балакина и Ля Фисто. Мне было интересно, что они там затеяли. Ведь большая статья расходов была связана с ними.

И ещё на подъезде я понял в чем дело. Ответ оказался прост. Азиаты работали очень быстро. Дорога, что вела к их крепостям, была широкой и там спокойно могли разойтись четыре телеги. При этом когда мы подъехали к концу дороги мне стало интересно как её делают. Однако и качеством я остался доволен. Смирнов, находившийся рядом со мной, объяснил, что такой способ использовали в Священной Римской империи. И хоть он затратнее, чем используемый в Славянской империи, но эти дороги почти не требовали ремонта.

— В вырытое углубленное ложе укладываются каменные плиты, затем насыпается слой щебня на известковом растворе, поверх которого кладут мостовую, устланную большими каменными плитами. В конце такое шоссе с боков укрепляется вертикально поставленными плитами, — отвечал на мой вопрос Смирнов.

Я кивнул, и мы продолжили путь пешком. Со слов Анри и Виктора выходило, что идти нам осталось совсем немного. Так и получилось. Не прошло и десяти минут неспешной ходьбы, как передо мной открылся вид огромной стройки. При чём велась она с двух сторон реки, через которую уже был возведён мост!

— Когда вы всё успели? — удивлённо спросил я.

— Всё дело в азиатах, — ответил Смирнов. — Они не умеют работать спустя рукава. Правда за это я обеспечиваю их двойным пайком и хорошей медицинской помощью, а те, видя такое отношение, работают ещё быстрее и усерднее.

— Что-то я не замечал такого порыва за освобождёнными рабами из их нации, — скептично заметил я.

— Неправильно сравнивать рабов, которые неизвестно кем были в прошлом, и воинов, — ответил Анри. — Они абсолютно по-разному мыслят. Ну и плюс ещё и менталитет азиатов сказывается.

— Что ты имеешь ввиду? — спросил я.

— Помнишь, мы вначале всех сделали рабами, потому что они постоянно сбегали и устраивали диверсии? — напомнил Анри про возвращение домой из-под Кемерово. Я кивнул. — Так вот, сейчас здесь не трудится ни одного раба. Они все свободны. И более того, никто из них не хочет возвращаться на родину.