– Вы невнимательно ознакомились с материалами этого дела, майор? – карандашом, зажатым в пальцах на манер сигареты, Чепуров указал на коричневый конверт в руках Юдаева, выполненный из плотной грубой бумаги. – Насколько известно мне самому, речь пока идет о гибели только одного ученого. Анри Фери. В отношении двух других представителей парижского научно-исследовательского института, Франсуа Вуалье и Робера Кристана, я бы не стал торопиться с выводами. Нам ничего не известно об их судьбе… Подозреваю, что и французская разведка блуждает во мраке. Так что не стоит сгущать краски, майор. Тем более вам это совершенно не идет, – Чепуров холодно улыбнулся. – Но, отвечая на ваш вопрос, скажу следующее. Нет, я не думаю, что профессора Мещерекова напугает насильственная смерть его западноевропейского коллеги. Обескуражит, да. Возможно, озадачит. Это я тоже допускаю. Но в совокупности данное обстоятельство скорее подстегнет его профессиональный интерес. Загадки – его стихия. И чем они обширнее, тем больше азарт. Меня волнует и чрезвычайно беспокоит совсем другое, майор. Я не хочу, чтобы нашего уважаемого профессора преждевременно постигла участь Анри Фери. Мне слабо верится в то, что за всей этой историей стоят арабские экстремисты. В целом, это возможно, конечно. Но есть и огромная доля вероятности того, что это игры «Моссада». – Чепуров помолчал. – Суммируя вышесказанное, думаю, мне не надо объяснять вам, майор, что основные задачи ложатся именно на ваши плечи. Гарантировать безопасность Мещерекова – это одно, и совсем другое – вероятность того, что вам придется вступить в противоборство с израильской спецслужбой. Разумеется, вы можете рассчитывать на любую поддержку со стороны СВР, если таковая потребуется, но по возможности… Чем меньше огласки и чем уже круг посвященных, тем лучше…
Юдаев молча внимал получаемым инструкциям, не протестуя и не пытаясь вклиниться в тираду Чепурова со своей точкой зрения. Таковая имелась у Валерия, но он предпочитал помалкивать. Ему было совершенно ясно, что если шеф решил вступить в эту игру и втянуть в нее подчиненного, то отступать от намеченного уже не станет. Не в его характере. Стало быть, и у него, Валерия, выбора, как такового, не было.
Оставалось выяснить лишь детали, частности. Юдаев покрутил в руках коричневый конверт, припоминая суть его содержимого. Исключая форс-мажорные обстоятельства, выходить на прямой контакт с профессором Мещерековым ему не было никакой необходимости. Только наблюдение со стороны. Однако именно в случае форс-мажора принимать решение Юдаеву придется самостоятельно. На свой страх и риск. Как это часто случалось за время его практики. Так что в общем и целом нынешнее задание, полученное майором от Чепурова, мало чем отличалось от всех предыдущих.
– Где он остановился?
– Отель «Шалац». Номер триста одиннадцатый. Уже сегодня к вечеру он будет на месте. – Чепуров немного отклонился назад, и его шевелюра, казалось, вспыхнула еще ярче, подобно костру, в который кто-то заботливо подбросил хворосту. – Вы вылетите из Москвы, майор, рейсом в 18.45. Таким образом, ваше отставание от Мещерекова будет составлять в итоге не более трех-четырех часов. На начальном этапе это не страшно. Едва ли «Моссад» сразу развернет какие-либо активные действия, направленные против нашего ученного…
– Как насчет оружия?
По оговоренной ранее легенде, Юдаев отправлялся в Иерусалим как крупный частный предприниматель в области машиностроения. На территории России, все по той же легенде, у него оставались жена и двое несовершеннолетних детей. К такого рода «гостям», учитывая стабильное положение, относятся более лояльно, и проверки на таможенной службе не столь жестки. И тем не менее беспрепятственно провезти с собой огнестрельное оружие не удастся. |