Теперь Сэм думал о том, что, возможно, стоило официально удочерить Рио. Надежды на то, что Кейн и Рио полюбят друг друга, поженятся и продолжат историю ранчо Лэнгтри, теперь представлялись ему бреднями глупого старика. Нет, молодые люди, судя по всему, не свяжут себя таким союзом. Рио глубоко любит Кейна, хотя и тщательно скрывает свои чувства. А Кейн совсем не замечает девушку – за исключением тех случаев, когда грубо возражает ей или вовсе затыкает рот. Да, Кейн никогда еще не относился к Рио столь критично, как в последнее время… Довольно хорошо изучив своего неразговорчивого сына, старик подозревал, что подобное отношение к девушке могло быть попыткой Кейна держать ее на расстоянии. В конце концов, Рио была красива, ее отличало развитое мышление, и в управлении делами ранчо оба были на равных. Между ними постоянно ощущалось мощное напряжение. И у Сэма в голове уже зарождался план, как сделать, чтобы молодые люди после его смерти надолго сблизились. Тогда существующее между ними напряжение, возможно, перерастет в нечто иное…

Но вот Рио повернулась в сторону Сэма и прервала его размышления. Лицо девушки озарила улыбка. Рио направилась к нему спокойной и расслабленной походкой, но, когда наклонилась, чтобы поцеловать Сэма, и коснулась его плеча, тот почувствовал дрожь в ее руке.

– Надеюсь, ковбой, тот кофе, что ты так жадно пьешь, без сахара? – спросила она и подошла к кофеварке.

– Суррогатный кофе, никакого мяса, ни капли виски, ни единой затяжки сигары, ни соли, ни жиров, ни даже веселья! Да если бы я еще и от сахара отказался, у меня не осталось бы ни одного порока, – шутливо проворчал Сэм.

Он всмотрелся в лицо девушки, когда та обернулась в ответ на его шутку. В глаза сразу же бросилась легкая припухлость ее губ. Сэм не хотел даже и думать, что виной этому мог быть Би Джи Хейстингз.

Рио уже говорила ему о предложении Би Джи. И не скрывала своей почти полной уверенности в том, что на самом деле Би Джи нужна ссуда от Лэнгтри. Сэм тоже подозревал, что отпрыска Хейстингзов интересует лишь впечатляющее наследство, которое он может оставить девушке. Однако Рио отличало абсолютное отсутствие интереса к тому, что касалось наследства. Когда Сэм в первый раз поднял вопрос о ее доле в недвижимом имуществе, девушка заявила, что не хочет от него никакого наследства. Она тогда сказала, что он уже дал ей самое главное в жизни – то, что не измеришь никакими деньгами. Рио лишь попросила, чтобы Сэм в своем завещании обязал Кейна и других наследников разрешать ей время от времени навещать ранчо.

Насколько скромным было желание Рио, настолько непомерными были претензии второй жены Сэма. Словно забыв их брачное соглашение, Рамуна уже детально изучила все банковские счета, все бумаги, касающиеся капиталовложений и коммерческих сделок, все ценные бумаги, после чего предъявила мужу длинный перечень своих требований, свидетельствовавших о ее вопиющей жадности. Она еще не знала, что Сэм был осведомлен о ее почти постоянной супружеской неверности. Но даже не измены, а дурное обращение Рамуны с Рио склонили Сэма к тому, чтобы его жена не получила ни на цент больше, чем по закону полагалось здравствующей супруге. Она имелазаконное право на половину того, что он нажил за шесть лет их совместной жизни. Рамуна, несомненно, будет в ярости, когда обнаружит, что Сэм не собирается быть щедрым с ней. Но Сэм был убежден, что завещание должно воздавать каждому по его заслугам и придумано не просто для того, чтобы разделить состояние покойного.