|
Не правда ли, лучше смотреть на последствия? Если просили епископа, то он должен был куда-то отправиться: Рим стремился обратить как можно больше язычников. И епископ отправился. Это был несчастный епископ Адальберт, который прибыл с сопровождающими его монахами в Киев в 961 году, а через два года бежал из этого Киева, ругая языческий город и сменившего Ольгу Святослава – собственно говоря, князь его и выслал, а по дороге через земли древлян его ограбили и едва не убили. Так что, прибыв в Германию, епископ был рад, что остался жив. Наша "регина ругорум" великолепно отождествляется с княгиней Ольгой. Недаром в "Хильдесхаймских анналах" появилась впоследствии такая запись: "К королю Оттону явились послы от народа Руси с мольбою, чтоб он послал кого-либо из своих епископов, который открыл бы им путь истины; они уверяли, что хотят отказаться от языческих обычаев и принять христианскую веру. И он согласился на их просьбу, послал к ним епископа Адалберта правой веры. Они же, как показал впоследствии исход дела, во всём лгали".
Вероятно, епископ не понял, что со смертью Ольги с всеобщим крещением Руси придется повременить. Дело в Святославе, который оказался тверд в своей собственной вере – языческой. Как пишет летопись, хотя Ольга "учила его принять крещение, но они не думал прислушаться к этому; но если кто собирался креститься, то не запрещал, а только насмехался над тем. "Ибо для неверующих вера христианская городство есть"; "Ибо не знают, не разумеют те, кто ходят во тьме", и не ведают славы Господней; "Огрубели сердца их, с трудом уши их слышат, а очи видят". Ибо сказал Соломон: "Дела нечестивых далеки от разума"; "Потому что звал вас и не послушались меня, обратился к вам, и не внимали, но отвергли мои советы и обличений моих не приняли"; "Возненавидели премудрость, а страха Божьего не избрали для себя, не захотели принять советов моих, презрели обличения мои". Так и Ольга часто говорила: "Я познала Бога, сын мой, и радуюсь; если и ты познаешь – тоже станешь радоваться". Он же не внимал тому, говоря: "Как мне одному принять иную веру? А дружина моя станет насмехаться". Она же сказала ему: "Если ты крестишься, то и все сделают то же". Он же не послушался матери, продолжая жить по языческим обычаям, не зная, что кто матери не послушает – в беду впадет, как сказано: "Если кто отца или матери не послушает, то смерть примет". Святослав же притом гневался на мать, Соломон же сказал: "Поучающий злых наживет себе беды, обличающего же нечестивою самого оскорбят; ибо обличения для нечестивых, как язвы. Не обличай злых, чтобы не возненавидели тебя". Однако Ольга любила своего сына Святослава и говаривала: "Да будет воля Божья; если захочет Бог помиловать род мой и землю Русскую, то вложит им в сердце то же желание обратиться к Богу, что даровал и мне". И, говоря так, молилась за сына и за людей всякую ночь и день, воспитывая сына до его возмужалости и до его совершеннолетия". Но и достигнув возмужалости, Святослав так и остался язычником С этого пути его и смерть бы не сбила. И дело не в насмешках дружины: Святослав ненавидел христиан и христианство, вряд ли он очень нежно относился и к Ольге, которая вынудила отца стать, как писали греки, "боспорским архонтом", то есть выставив из Киева к устью Днепра Только смерть Ольги в 969 году спасла его и от христианства, и от невозможности принимать собственные решения. Избавившись от супруга, Ольга очень крепко держалась за власть, то есть до самой своей смерти.
А был ли Киев?
Этот вопрос ученые стали себе задавать, когда натолкнулись на описание "киевской осады печенегами". И вот почему. Если после времен Святослава, лет через пятьдесят, печенеги действительно доходили до Киева и жгли город примерно раз в год, то при Святославе печенеги появлялись только на северном берегу моря, к верхнему течению Днепра они подниматься не рисковали. |
