|
.. Хотя, конечно, тому есть формальный повод — 9 мая 1945 года Иосиф Виссарионович Сталин сказал, что Великая Отечественная война против фашистской Германии завершилась. Но не мог же он сказать, что «теперь мы с Японией воевать будем», — это ж элементарно! Поэтому с точки зрения замысла обороны страны, общего стратегического замысла, война против Германии и Японии — двуединые, неразрывные события.
ТЮШКЕВИЧ: Этот вопрос не новый. В 6-томной истории Великой Отечественной войны, в последующих однотомниках, была такая формулировка, что с окончанием войны против Японии закончилась Великая Отечественная война, а вместе с ней — и Вторая мировая. Однако когда готовилось 12-томное издание «Истории Второй мировой войны», этот вопрос обсуждался, и была найдена очень удачная, как мне кажется, очень историчная формулировка, что война против Японии стала логическим продолжением Великой Отечественной и одновременно — составной частью Второй мировой войны. Эта формулировка все ставит на свои места. ГАВРИЛОВ: Действительно, это, скорее, логическое продолжение: Япония на СССР не нападала, поэтому война является самостоятельной... ТЮШКЕВИЧ: Достаточно сопоставить политические цели войны с Германией и войны с Японией, чтобы понять, что они не совпадают. В Великой Отечественной войне вопрос шел о жизни и смерти Советского государства — о защите суверенитета, жизни людей и т. д. В результате Советский Союз был спасен, он освободил не только свою страну, но и другие страны в Европе, оказал помощь союзникам... ГАРЕЕВ: А что, когда мы с Японией воевали — речь не о том же самом шла? Она также шла о жизни Советского государства, куда входят и Сибирь, и Дальний Восток, о помощи нашим союзникам и оккупированным странам Азии. Некоторые «любители истории» вообще договорились, что наше наступление до границы советской территории — это была Великая Отечественная война, а вот освобождение Польши — это уже оккупация. СЕНЯВСКАЯ: По моему мнению, Дальневосточная кампания, которую вели советские войска против Японии в августе 1945 года, являлась частью, завершающим этапом Второй мировой войны. По масштабу и театру военных действий она являлась региональной войной в рамках Мировой войны. ТЮШКЕВИЧ: Если же считать, что война с Японией является составной частью Великой Отечественной войны, то выходит, что, воюя с Германией, мы находились в состоянии войны и с Японией. А как же тогда пакт о нейтралитете? Хотя, конечно, мы были готовы к отражению агрессии... ГАРЕЕВ: Многое не афишировалось, о многом не писали, но еще в ходе боевых действий на Западе шла огромная работа по планированию операций на Востоке, по накоплению материальных запасов, по переброске войск... Известно, что всего было переброшено 400 ООО человек, много тысяч танков, самолетов, артиллерийских орудий. Шла перегруппировка войск и подготовка этих боевых действий. Хотя нет активных боевых действий, но война-то идет, и потому я уверен, что это — составная часть Великой Отечественной войны! К тому же, на Дальнем Востоке мы все время находились в состоянии военного положения. — А почему, вообще, существовала напряженность на Дальнем Востоке? СЕНЯВСКАЯ: Япония была давним противником России — и особенно это проявилось в первой половине XX века, начиная с Русско-японской войны... ЯМПОЛЬСКИЙ: Да, Япония всегда рассматривала наше государство в качестве объекта для экспансии. Так, 4 апреля 1918 года японские спецслужбы, как обычно, устроили провокацию: их же агентурой были убиты два японских гражданина, что послужило поводом адмиралу флота Като высадить десант во Владивостоке — для «охраны порядка». Затем, чтобы продвинуться в Сибирь, японские спецслужбы установили контакт с Колчаком... Для оккупации японцы выделили около 70 тысяч человек, прихватив с собой для солидарности несколько тысяч американцев. |
