Третья загадка, кто меня артефактами-накопителями с ног до головы украсил, если делаю и храню их только я? И о тайнике знает лишь Снэйк. Он их украл? Зачем? Чтобы при случае мне вернуть? Нелогично получается! Он-то взял всю вину на себя, во всем сознался, да напрасно - прекрасно помню из чего я накопителями делала. Те, что висят на мне сейчас не мои сто процентов.

 А чьи?

 Забавный напрашивается ответ. Тот, которого быть не может. Странно по счастливому совпадению наткнуться на умирающего человека, с которым оборвал все связи десять лет назад, проникнуться чувством вины и оказать помощь. И уйти, спасаясь от неминуем благодарности, что последует за чудесным спасением.

 Но от Иллинойса тоже пахло орехами и белками. Первые были его кулинарной страстью - бывший Император щелкал фундук в неимоверных количествах, редкий вид вторых он разводил в зимнем саду.

 Нет, это не может быть он. Правда? Правда. Себя я в этом убедила, осталось узнать реальность. Но не хочется. Уже не хочется. Боязно представить, что Иллинойс видел меня в беспомощном состоянии, близком к смерти. Он привык ко мне иной: сильной, смелой, умной... А я уже четыре дня не в лучшей форме пребываю - на потертую половую тряпку похожа. Такая же мрачная, высохшая и с дырками! В том смысле, что в памяти провал: ничего не помню с того момента, как я и Сташа шагнули на замерзшее озеро.

 С тех пор четыре дня прошло. Лежу, потолок изучаю, стены, белье постельное. Принимаю поздравления и благодарности от деревенских. Главная виновница торжества приходила. Единственная, кто доброго слова не сказал, зато ушат помоев вывалила за якобы украденное у нее серебро и пообещала в суд подать на проходимку и самозванку. До этого момента я терпела, после обиделась на оскорбления: да, проходимка, ибо проду везде и через все к цели, только никоим образом не самозванка. Я вообще не хотела Императрицей становиться - мне выбора не оставила одна ушастая личность!

 Позвала Снэйка в качестве заступника. Он был демонски рад объяснить мельничихе, где ее место и чьих объятиях она может оказаться по протекции той, кого она по невежеству самозванкой обозвала. Я с готовностью подтвердила наличие в моей армии отряда чрезвычайно влюбчивых демонов. Ну, дочка мельника всю свою жизнь мечтала о большой и чистой любви, я с огромным удовольствием сотворю ее чудо. Размерами и качеством чуда она будет довольна - на этих демонов-разведчиков никто никогда не жаловался.

 Она согласилась взять пару в качестве компенсации с испытательным сроком три месяца. Я сказать ничего не успела, так шокирована была, а мельничиха молчание за знак согласия приняла! Так что... Я теперь ей двух демонов должна...

 Помимо деревенских старые знакомые нашлись: укоризненные вздохи от Боршхмейстера день и ночь под дверью раздаются. Посол неизвестно как в Больших Дворах очутился и ищет любую возможность мои конечности облобызать в припадке радости. К рукам он уже не подходит - оба раскрашенных глаза многому его научили, но гном теперь на мои ноги с нездоровым интересом поглядывает, правда за нос опасается. Я хоть и болею, да для профилактики двину!

 Из почтового отделения заходили. Тиллийс мне соболезнования выразил. Коротко и дипломатично: в переданной записке было всего два слова - "дура" и "жду". Я ответ несколько длиннее продиктовала. Он получился чуть менее дипломатичным. Надеюсь, к моему приезду светлый Император остынет и будет рассуждать здраво. Он же не будет рисковать нашими дипломатическими отношениями и своим долгом? Мне ничего не стоит вежливо попросить его вернуть выделенные ему на подъем экономики светлого союза средства.