- Вы их убиваете? - эльф мелко дрожал. Мда, и за что этого несчастного к нам сослали? Должно быть он знатно на родине отличился. Я сделала заметку в памяти: за просить у Снэйка досье на сего примечательного ушастого.

 - Очевидно, намеки не понимаете, - вздохнула, закусила губу. - Еще один вопрос и вы точно узнаете, во всех подробностях. Так, по какому поводу вы меня отвлекли от трапезы?

 Пару минут ушастый собирался с мыслями. Я успела уничтожить половину тарталеток и ощутить как чувство вселенского голода уменьшилось до объема одного небольшого лося.

 - Аудиенция. Я пришлось попросить вас об аудиенции! - наконец вспомнил посол.

 - Хорошо. Завтра в семь тридцать утра, - я встала, намереваясь отправить на кухню, ибо закусками сыт не будешь, а что сытнее в зал не вынесут.

 - Спасибо, благодарю, - послышалось за спиной. Я улыбнулась, через сколько до него дойдет, интересно. - В семь тридцать УТРА?! - о, уже дошло.

 Вопль я пропустила мимо ушей, торопясь улизнуть с праздника. Скрылась в ближайшем выходе, вихрем пролетела по коридорам, свернула на кухню, подкралась к Скуразо и просто ледяным тоном спросила по какому такому распоряжению Императрица пребывает голодной? Шеф-повар в этот самый момент пробовал что-то, а тут я... Он так челюсти на ложке схлопнул, что на металле отпечатки его зубов остались.

 Снэйк, побирающийся здесь же и уже получивший здоровенный кусок колбасы и полбуханки черного хлеба вместе с кружкой горячего настоя, тихонечко хмыкнул и стал быстрее уминать ужин, бросая на меня взгляды исподлобья. Ага, испугался, что я на его долю претендовать буду!

 Скуразо поворчал-поворчал, но обеспечил меня провизией. Я подвинула на стуле Правую Руку и вгрызлась в мясо, сдерживая довольное урчание. И так слуги подозрительные взгляды кидают на нас со Снэйком, мол чего это мы от гостей на кухне прячемся и не едим вместе с ними - не задумали ли мы отравить приглашенных? И дело не в совершенно незнакомых им людях, эльфах, гномах... дело в них - они же все через свои желудки пропустили! Ну, надо же продегустировать. Вдруг посолить забыли или перца не доложили...

 Через двадцать минут в голове не осталось ни одной дельной мысли. Я ощущала себя бочонком на ножках, способным катиться, переваливаться с боку на бок, но не изящно ступать по ковровым дорожки в коридорах. Слава моей гнусной репутации - меня никто никогда не решится пригласить на танец. Кроме...

 - Кувалда моего мозга, серьга чугунная для моего носа, - у Боршмейхстера действительно в мясистом носу была серьга. Действительно чугунная. Золото они металлом не признавали, презрительно называя его бабьими тряпками. - Ты рукоять... - на подносе, что мне заботливо подсунул под руку помощник, лицо гнома отпечаталось в мельчайших деталях.

 Я давно привыкла к тому, что мир несправедлив, но с появлением в Темной Империи посла Мъельграхда я узнала насколько он бывает несправедливым. Мне, правда, не нужны вязанки поклонников у ног - не стремлюсь сгореть на костре пылких чувств. Достаточно одного, нормального, высокого, не урода, в меру упитанного, в самом расцвете сил и соответствующего еще ряду малозначительных параметров. Согласитесь, запросы у меня ничтожные! Но почему же вместо симпатичного, доброго, умного мне послали влюбленное наказание метр двадцать ростом?!

 Никогда не забуду нашу первую встречу. Маленький пузатый человечек представился двадцатью пятью титулами: лучший, мастер, победитель, чемпион чего-то-там. Он закончил речь, степенно поклонился, взглянул на меня и застыл. Когда вернулся с небес на землю (куда его отправило мое очарование), то мгновенно предложил мне свою руку, сердце, а также фамильную кувалду и именно свадебный ошейник шипами внутрь с цепью толщиной в гномью руку. У них с семейными порядками ого-го как строго: чуть что сразу к порогу на гостей гавк.