(Но опять же так говорится в ремарке репетируемой пьесы, а на самом деле Дотти Отли, исполняющая роль миссис Клакетт, уходит, держа в руке вместо газеты тарелку сардин, и по мере того, как она это делает, она останавливается, чтобы прокомментировать свои действия).

Дотти. И я забираю сардины. Нет, я оставляю сардины. Нет, я забираю сардины.

(И тут раздается голос Ллойда Далласа, режиссера, откуда-то из темноты зала.)

Ллойд. Вы оставляете сардины, а трубку кладете на место

Дотти. Ах да, я кладу трубку на место. (Быстро кладет трубку и хочет уйти с сардинами.)

Ллойд… И оставляете сардины.

Дотти. Оставляю сардины?

Ллойд. Да, вы оставляете сардины.

Дотти. Я кладу трубку и оставляю сардины?

Ллойд. Да, правильно.

Дотти. Мы что, меняли это? Ллойд, дорогой!

Ллойд. Нет, дорогая.

Дотти. И я всегда так делала?

Ллойд. Я бы не сказал, что всегда. Дотти, мое сокровище.

Дотти. А как насчет текста? Я ничего не напутала?

Ллойд. Кое-что звучит похоже.

Дотти. Ты понимаешь, дорогой, у меня внутри как будто крутится игральный аппарат,

Ллойд. Я понимаю, Дотти.

Дотти. Я открываю рот и никогда не знаю, что оттуда выскочит.

Ллойд. Хорошо. У нас впереди еще ночь, и премьера только завтра. Итак, вы держите трубку. Начнем оттуда.

Дотти. Я держу трубку…

Ллойд. Сквайр, Сквайр, Хеккем…

(Дотти входит в роль миссис Клакетт.)

Миссис Клакетт. Сквайр, Сквайр, Хеккем и еще какой-то, не знаю. Подождите-ка, голубчик, у телефона, сейчас посмотрю. (Кладет трубку на место.) Вот всегда так, только приляжешь на минутку — тебя сразу по башке. (Уходит в кабинет с газетой в руках.)

(Только у нее нет газеты в руках. Звук ключа в замке).

Ллойд. Стоп!

(Открывается передняя дверь. На пороге Роджер Трамплмейн с картонной коробкой в руках. Ему около тридцати. У него весьма самоуверенный вид человека, который занимается продажей весьма дорогого недвижимого имущества.)

Роджер. Никого, только моя экономка, и сегодня после обеда у нее выходной.

Ллойд. Стоп, Гарри! (Зовет.) Дотти!

(Через ту же дверь входит Вики. Ей лет двадцать с небольшим. Она великолепно сложена и великолепно выглядит.)

Роджер. Так что дом сегодня в нашем полном распоряжении,

Ллойд (повышает голос). Стойте, Брук! (Зовет) Дотти!

(Дотти выходит из кабинета.)

Дотти. Мне вернуться?

Ллойд. Да, Дотти. И уйти с газетой

Дотти. С газетой? Ах да, газета!

Ллойд. Вы кладете трубку, вы оставляете сардины и уходите с газетой.

Гарри. Вот так, радость моя!

Дотти. Извини, мое солнышко.

Гарри (обнимает ее). Ничего, дорогая. Это только монтировочная репетиция.

Ллойд. Это генеральная. Гарри, солнышко, это генеральная.

Гарри. А когда была монтировочная?

Ллойд. А когда быть генеральной? У нас завтра премьера.

Гарри. Ну, я не знаю. Мы все думали — монтировочная. Дотти, скажи, дорогая.

Дотти. Это все из-за этих моих слов, мой дорогой.

Гарри. Да не расстраивайся ты из-за этих слов, моя радость.

Дотти. Прямо сами выскакивают как из автомата.

Гарри. Слушай, Дотти, все твои слова прекрасны. Все твои слова лучше, чем эти… Ну, ты понимаешь, что я хочу сказать. (Обращается к Брук.) Правильно я говорю?

Брук (рассеянно). Что, извини?

Гарри (Дотти). Я хотел сказать — о'кей… так… Он, так сказать… вы сами понимаете… Все отлично! Дотти, милая, ты, между прочим, играешь такие роли уже слава богу… Ты понимаешь, что я хочу сказать…

Ллойд. В чем дело? Гарри и Брук — за сцену! Дотти держит трубку.