Поцелуй был соленым от слез обоих. Жадный и отчаянный, постепенно он стал мягким и осторожным, тягучим, как карамель.

«Прощай», – звучало в каждом касании, в мягкой ласке и осторожных движениях дрожащих пальцев, что скользили по шее, а потом по влажным щекам Каспера.

«Не уходи», – молили объятия, в которых Каспер цеплялся за Дарена так, будто боялся – тот растает, как тень или первый снег.

Их поцелуй – танец на осколках. Начало и конец всего, сосредоточенные там, где сливаются губы и сплетаются руки. Дарен покрылся мурашками, представляя, что так могло бы быть всегда. Если бы не Изнанка. Если бы не чертов Ви.

Это сейчас они живы. Но что будет завтра, когда Изнанка окончательно захлестнет Фирбси? И какая в этом безумии предначертана роль для Ви? Больной призрак, возомнивший себя судьей. Пока он в этом мире, никто не в безопасности.

Сердце Дарена саднило так больно, что его хотелось вырвать из груди. Он знал, что должен сделать, и дал себе последние несколько секунд перед тем, как решиться.

Он в последний раз до боли вжал свои губы в губы Каспера, впиваясь в них почти до крови. Руки Каспера скользнули вверх по его спине, пальцы спортсмена запутались в светлых волосах. А потом Дарен его оттолкнул, неожиданно и резко.

Каспер упал на асфальт и ошарашенно уставился на Дарена. Йоркер этого не видел. Он со всех ног бросился к разлому, через который они с Каспером не так давно вышли на эту стоянку.

Когда Каспер понял, что происходит, он кинулся следом, но было уже поздно.

– Не смей! – прокричал он, вытянув руку. Ему не хватило совсем чуть-чуть. Один шаг – и Каспер бы поймал Дарена.

Но теперь он успел запрыгнуть в разлом и глядел на Каспера сквозь прореху между мирами. Дарен знал, что обычный человек, пусть и раненный Ви, самостоятельно проходить через разломы не может. Чтобы стать Зрячим, недостаточно коснуться Изнанки. Нужно умереть, но вернуться к жизни. А значит, Каспер останется по ту сторону.

С щемящей болью в груди Дарен смотрел, как отчаянно Каспер пытается войти в прореху следом. Но он будто наталкивался на невидимую стену или проваливался сквозь проход. Он даже уцепиться за край футболки Дарена не мог, хотя цель казалась такой близкой и простой.

– Не дури! Один ты погибнешь! Чего ты добиваешься?!

– Мы и вдвоем погибнем, – с отчаянием смертника выдавил Дарен. – А так я сохраню твою жизнь и избавлюсь от сожалений.

– Каких еще сожалений?! Ты же просто хочешь сдохнуть!

– От сожалений, что не попытался спасти этот мир для нас, хотя мог. Лучше я умру, рискнув, чем буду барахтаться в бесконечном ожидании расправы. Я устал жить с чувством вины, мне надоело бояться!

– Кто тебе сказал, что мы вообще умрем? Вдруг все обойдется?

– Даже если так… Ты предлагаешь бросить Этель? Она явно с Ви. Мы оба это знаем.

Эти слова потушили пыл Каспера, точно кто-то плеснул ледяную воду на раскаленные камни. Он разом поник и притих, и тогда Дарен понял…

– Ронда ведь об этом тебя попросила? Найти и спасти Этель?

Уже по одному виду Каспера Дарен понял, что попал в точку.

– Не переживай об Этель, – с тяжелым сердцем произнес Дарен. – Я сделаю все, чтобы ей помочь. Я беру просьбу Ронды на себя, а для тебя у меня есть новая. Береги себя, Каспер. Ладно?

Каспер резко вскинул взгляд, и по его щекам потекли новые слезы. Он бесполезно бросился вперед, выкрикнув имя, которое никто уже не услышал.

Дарен закрыл разлом.

Глава 37

 Этель

Изнанка почти окончательно слилась с реальным миром.