— Мальчик же выздоровел и оказался тем, кто мне был нужен в то время. — Олеан внимательно следил за выражением лица собеседника, но король уже был спокоен и безмятежен. Он начал догадываться, куда движется дело.

— Так вот, я не сводил с Ранига глаз, — продолжал великий ишиб, слегка разочарованный реакцией слушателя. — Даже съездил туда, чтобы посмотреть на Миэльса. Все оказалось, как я ожидал: мой мальчик был похож не только на него, но и на череду своих предков… особенно по женской линии… чего никак нельзя сказать о твоем величестве.

— Наследственность иногда выкидывает непредсказуемые фокусы, — притворно вздохнул король.

— Ну да, ну да… Тем не менее появление твоего величества в качестве принца спутало все мои планы, — сообщил Олеан, лукаво поглядывая на собеседника. — Сначала я хотел все-таки их реализовать, но, пристально понаблюдав за новым королем, решил, что уже мало что получится. Затяжная война мне совсем не нужна.

Михаил хранил молчание. Он отлично представлял себе, что за планы вынашивал великий ишиб: поместить на трон своего воспитанника, а самому получить доступ к ресурсам целой страны.

— Но все равно я не сводил глаз и с твоего величества. Признаться, меня кое-что очень сильно заинтересовало, но… об этом можно поговорить потом, когда будет решено главное дело. Не волнуйся, оно не связано с Ранигом.

Олеан уже второй раз призывал не волноваться своего хладнокровного собеседника. Это не осталось незамеченным Михаилом. В политике даже мелочь может иметь глобальное значение.

— Я был очень рад, когда понял, кто пожаловал ко мне в гости. Надеюсь, к моему гостеприимству нет претензий? — Великий ишиб явно решил закругляться. — Я слегка ограничил передвижения твоего величества, но сделал это ради общей пользы. В твоей свите ведь есть две примечательные личности: один — с физиономией убийцы, человек, способный на все, а другой — с профессионально честным лицом, явно мошенник с многолетним стажем. Я бы не хотел, чтобы они предприняли прогулку по дому и натолкнулись на моего мальчика. Случайно, конечно.

Михаил рассматривал и такой вариант, поэтому сейчас тоже не удивился. Настоящий живой Нерман был не нужен ни Ранигу, ни его королю. Это — та плата, которую собирает всякая власть. Человек, достигший вершин, может посвятить свою жизнь тому, чтобы бороться с несправедливостью, карать негодяев, но все равно ему волей-неволей, а придется изредка расправляться и с безвинными. Таковы законы власти — против них не может пойти ни один вступивший на эту стезю.

— И что, я так и не увижу своего тезку? — невинно поинтересовался король.

— Это будет лучше для всех, — дипломатично ответил Олеан. — Но прежде чем перейти к моим предложениям, хотелось бы услышать подробнее о том, что привело твое величество в мою скромную обитель. Твое величество что-то говорил по поводу исчезновения аба…

Об этом Михаил вкратце рассказал еще вчера, но решил повторить и сегодня.

— У одного очень важного мне человека пропал аб, — произнес он. — Нельзя ли его восстановить в кратчайшие сроки?

— После чего пропал? — спросил Олеан, изучая собеседника проницательным взглядом.

— После боя с другими ишибами. Видимо, он перенапрягся.

— Большой был аб?

— Не очень.

Великий ишиб пожевал губами. Михаилу было странно видеть стариковскую привычку на молодом лице. Олеан был вообще необычной личностью. Он быстро соображал, многое знал, но при этом некоторые события интерпретировал весьма своеобразно. Великий ишиб не казался таким любителем славы, как Аррал, но и от Парета отличался.