|
На расстоянии тридцати метров от владельца, эта железяка парализует вора, а сама телепортируется на то место, откуда ее украли. Что касается твоего идентификатора, а именно так правильно называются эти медальоны, в моем штате работают свои маги, в секреты которых я не вникаю, но об этом лучше помалкивать, неприятности с боссами их гильдии мне не нужны. Уничтожить его в принципе очень даже просто при помощи любого тяжелого предмета, огня или кислоты, но через минуту медальон полностью восстанавливается – поверь мне на слово, Серега. Больше ничего не могу добавить, поскольку лекции по прикладной магии я тоже прогуливал. – Не ты ли недавно, обвинял кое-кого в том, что все нелепицы и странности эти самые «кое-кто» списывают на колдовство? – Поднимаю лапки, уел ты меня, только не на колдовство, а на магию! – Бес чрезмерно уперся спиной о спинку стула, театрально задрав руки кверху, отчего едва не перекувырнулся через голову вместе со стулом. Мне пришлось вскакивать с насиженного места и спасать товарища. Тем временем, девушка доложила о полной готовности к отправлению. Я зашел в дом переодеться. Аляповатый замызганный камзол с потертым золотым шитьем пришелся как раз впору, брюки из кожи какого-то животного были слегка велики в талии, высокие сапоги сидели на ногах идеально, на голову полагалось надеть предмет, по форме напоминающий бейсбольную шапочку, украшенную пером огромного размера и немыслимой расцветки. Из зеркала на меня уставилась пародия на английского лорда, который собрался принять участие в охоте на лис, или игре в поло. Я засмеялся, подхватил рюкзак, заранее приготовленный Кирой, и покинул помещение. Мои спутники, тоже успели переодеться и выглядели столь же нелепо. Это стало для меня хоть каким-то утешением. Иннокентий щеголял в таком же камзоле, только обуви на нем никакой не было, и шапочку он не надел на свою рогатую голову. В этом одеянии бес был похож на оперного Мефистофеля в исполнении Шаляпина. Казалось, сейчас он откроет рот и запоет: «Сатана там правит бал, люди гибнут за металл…» На Кире был элегантный охотничий костюм, который сидел на ее статной фигуре чудесно. Все впечатление портила его странная раскраска; пиджак салатного цвета, а брюки яркого малинового. Ноги девушки были обуты в элегантные лиловые полусапожки. На ее аккуратной головке красовался лихо заломленный набок голубой берет воздушного десантника, только без кокарды и российского флага. – Головной убор можешь пока засунуть в рюкзак. – Бес критически осмотрел меня со всех сторон. – Ношение его обязательно только в присутственных местах. Ворча, что с удовольствием, запихнул бы его вместо рюкзака кое– кому в одно определенное место, я развязал тесемки и сунул «бейсболку» в мешок. Мысль, появиться на людях в этом шедевре шляпного искусства, бросала меня в дрожь. – Не переживай, Серега, сейчас мы одеты по моде родины твоих предков, то есть мира Черных Камней. В Метрополии можешь ходить хоть в джинсах и кроссовках, хоть в шортах на босу ногу, а пока, изволь придерживаться выбранной легенды. Ты любишь свой наряд. Все одетые не так, как ты, – моральные уроды, без элементарного представления о прекрасном. А шапочка – самая лучшая часть твоего костюма. Ее ты бережешь пуще глаза и надеваешь только по праздникам. В качестве утешения позволю напомнить про шотландцев, щеголяющих в клетчатых юбочках и гольфах. Как тебе перспектива натянуть на себя клетчатую юбку? – Перо помнется, – вместо ответа констатировал я. |
