Захламляет?! Да что он понимает! У его сестры отменный вкус, она покупает вовсе не хлам. Я вдруг чувствую, что страшно соскучилась по дорогим вещам, по моей прежней жизни… Когда гардеробная ломилась от нарядов, они не очень-то меня волновали. А сейчас мне ужасно хочется примерить синее платье.

— Вероника, вы не ответили. Вы принимаете моё предложение?

Быстро прикидываю: сегодня я приехала в «Легион» в серо-голубом плаще и чёрных туфлях-лодочках, что вполне подойдёт к платью. Гончаров об этом, естественно, не подумал — платье есть, ну и славно. А если бы я явилась в кроссовках? Джинсы, джемперы и кроссы составляют мою привычную экипировку. Но отправляясь к Андрею Владимировичу, захотелось быть чуть более элегантной, поэтому надела туфли на высоком каблуке, они отлично смотрятся с джинсами и тренчкотом. С синим платьем тоже будет здорово.

Правда, нет маленькой сумочки. Без неё нельзя, а у меня с собой только большая, объёмная, в которой можно перевозить рулоны линолеума, а при желании даже поместится токарный станок. Дома, конечно, у меня найдётся парочка клатчей, я столько великосветских раутов посетила вместе с мамой! Она часто брала меня с собой, надеясь превратить дочь-скромницу в сияющую звёздочку, и наряжала при этом как куклу. На пафосных тусовках я именно этим и занималась: молчала и улыбалась. «Что ж ты у меня такая зажатая!» — вздыхала мама…

— А сколько вы мне заплатите? — Щёки горят, сердце колотится. Смущённо опускаю взгляд, изучаю ведро с водой. Там белёсой медузой плавает тряпка.

Но для меня важен финансовый вопрос. Хотя, если честно, с Андреем Владимировичем я готова пойти и бесплатно. Мне выделяют красивое платье, а ещё обязательно покормят чем-то интересным — уж точно не макаронами, составляющими мой основной рацион.

Правда, после работы я собиралась засесть за чертежи, которые делаю на заказ… Ничего, успею, ночь длинная!

Замерев, жду ответа. Сколько же господин Гончаров готов заплатить за эскорт?

— Две тысячи аванс и три тысячи постфактум.

Пять тысяч! Вау! Да мне двухсотметровый коттедж надо вылизать, чтобы заработать такую сумму!

— Если не накосячите, — добавляет Андрей.

— А можно и накосячить? — испуганно вскидываюсь я.

— Вдруг напьётесь текилы и захотите станцевать на столе? Это, безусловно, подпортит мою репутацию.

— О, нет, исключено.

— Итак… Мы договорились, Вероника?

— Да!

— Отлично.

— Только… Я не закончила уборку.

— Ладно, ничего страшного.

— А ещё нужен клатч. В смысле, маленькая сумочка.

— М-м… Понимаю. Думаю, мы найдём что-то в гардеробной. Продолжим раскулачивание моей сестры.

— И…

— Что ещё?

— Я не могу надеть это платье прямо сейчас. Сначала… мне нужно… принять душ.

— А-а… Ясно. Хорошо.

— Я переоденусь в ванной.

— Но время у нас ограничено, Вероника. Пожалуйста, не затягивайте со сборами.

Я не затягиваю. Наоборот, превращаюсь в женщину-молнию! Вернее, устраиваю в ванной невероятную суету — флаконы и мыло разлетаются в разные стороны, сама чуть не падаю… Совсем недавно тут плескался мой клиент, а теперь вот я. В этом есть что-то интимное.

Приняв душ, расчёсываю волосы, туго стягиваю их на затылке резинкой, достаю из сумки шпильки и укладываю хвост в пышную «бабетту». Теперь у меня эффектная причёска, как раз к элегантному маленькому платью. Интересно, впечатлит ли Гончарова мой новый образ? До этого момента, когда мы общались, он всегда выглядел идеально, а я была взлохмачена, да ещё и обряжена в мою асексуальную джинсовую форму.