– Теперь здесь будет Центр психологической помощи, и заниматься мы будем человеческим разумом.

Очень скоро в офисе стала появляться мебель. Поиском места занимался Сану, поэтому он и пошел объяснять владельцу здания, для чего будет использоваться помещение. А Чиан все чаще спрашивали, что же такое психологическая аутопсия.

– Может, будем работать вместе? – спросил Сану, понимая, что Чиан нужна помощь в подготовке к полноценной работе.

– Вместе будет гораздо лучше. – Девушка с радостью приняла предложение друга.

Было бы нелегко управлять Центром в одиночку, а с Сану, который прекрасно ладит с людьми, все пойдет отлично.

Ремонт продолжался две недели. В главном зале друзья организовали два рабочих места. У стены оборудовали небольшое пространство для кофе и перекуса, а на книжные полки поставили необходимые материалы и документы. В углу установили стеклянные перегородки с жалюзи, чтобы создать отдельное пространство для консультаций. В довершение ко всему повесили аккуратную вывеску «Центр психологической экспертизы – 4-й этаж».

Раздался звонок.

Чиан и Сану замерли. До этого в Центре ничто не нарушало тишину – музыку или радио не включали. Чиан посчитала про себя до трех и взяла телефон.

– Центр психологической экспертизы, здравствуйте, – проговорила она спокойным голосом.

Сану не знал, о чем был разговор, но на том конце он слышал женский голос. А Чиан продолжала повторять «да», но каждый раз это слово звучало по-разному: с печалью, сочувствием, утешением, вопросом. И только сказав это слово раз восемь, девушка замолчала.

– Нам приехать к вам? Или вы предпочитаете посетить наш центр лично? – спросила Чиан, после чего подтвердила дату, что-то записала и проговорила как можно вежливее: – Спасибо, что обратились к нам. Ждем вас.

После десятиминутного разговора Сану и Чиан переглянулись. Сану молча забрал у нее из рук стикер и внес всю информацию в планер. А Чиан как ни в чем не бывало сказала:

– Ее муж покончил жизнь самоубийством три месяца назад, спрыгнув с крыши здания. Сейчас идет судебный процесс по делу о несчастных случаях на производстве. Вероятно, она узнала о нас от адвоката. Приедет в четверг в два часа дня.

– Я подготовлю документы.

Проработав в Центре психологической экспертизы уже три года, Сану четко соблюдал порядок действий. Он старался не узнавать у Чиан никаких подробностей о случившемся, потому что не хотел, чтобы из-за его любопытства она снова вспоминала о чьей-то смерти и скорби. Четко выполняя свою работу, Сану посмотрел на часы. Секундная и минутная стрелки словно остановились, но все же двигались в заданном ритме.

– Чиан, ты ведь говорила, что поедешь в командировку по делу Кан Аин, – вдруг сказал Сану.

– У меня встреча в семь часов в Чхонане. Я поеду после обеда.

Чиан улыбнулась уголками губ. Сану улыбнулся в ответ и сосредоточился на новом деле. Когда все было закончено, Чиан стала собираться. С невозмутимым видом она сложила ноутбук, необходимые документы и два диктофона. Сумка была переполнена и выглядела тяжелой, но девушка с легкостью подхватила ее, словно она совсем ничего не весила.

Это был их обычный рабочий день. Но если вдуматься, то сегодня кто-то умер, кто-то совершил самоубийство, а кто-то потерял дорогого человека, не узнал истинной причины, не выслушал, не утешил. Именно поэтому в Центре не было никаких других звуков, кроме тишины.

* * *

Возвращаясь из командировки, Чиан зашла в знакомый узкий переулок. Свет от фонаря, освещающего телефонную будку, был совсем тусклым, не таким, как в других фонарях, а все потому, что лампочкам внутри было уже много лет.