Кейси лежала на животе, вытянувшись на своей кровати, и называла мне ребят на снимках.

- О, а вот это Люси, та, что в красной футболке. Она была просто чокнутой, серьезно. Встречалась с одним из вожатых, парнем из колледжа. И ее отправили домой на третьей неделе. Это было обидно, потому что с ней так весело! Люси могла сделать, что угодно, если попытаться взять ее на слабо.

- На слабо?

- Ага, - она села, протягивая мне еще одну пачку фотографий. – Кстати, это Рик звонил мне прошлым вечером, ты можешь в это поверить? Расстояние… Он сказал, что так скучает по мне, что мечтает вернуться обратно в лагерь. И что этот месяц был лучшим в его жизни. Я и сама собираюсь поехать к нему на День благодарения. Мы уже договорились с его родителями, и все такое… - она мечтательно вздохнула, - Но это же целых четыре месяца! Я просто умру, не видя его четыре месяца.

Я посмотрела на свою лучшую подружку, вечно сходящую с ума по мальчикам. Она каталась по кровати, вздыхая и прижимая фотографию Рика к груди. Иногда любовь бывает отвратительной штукой.

- Итак, - наконец перестала стенать она, - что я пропустила здесь?

Я пожала плечами, глотнув еще колы.

- Ничего особенного. Папа женился. Ну, ты и так знала.

- Как прошла свадьба? Ужасно?

- Нет, - покачала я головой, счастливая, что она спросила. Только лучшие подруги знают, что и в какой момент нужно произнести. – Скорее, это было странно. А Эшли сейчас стала просто психопаткой со своей свадьбой. И моя мама собирается в тур по Европе с Лидией.

- С Лидией? Надолго?

- Примерно на месяц. Довольно долго.

- Боже, - она сдула волосы с лица. Кейси была рыжеволосой, точнее, даже оранжево-волосой. В детстве ее шевелюра напоминала тыкву по своему цвету, а на лице была россыпь веснушек, которые, к счастью, исчезли, когда она стала старше, но волосы все еще остались такой же безумной расцветки.

- Эй, а с кем ты останешься, если она уедет?

- Не знаю. Мы еще не обсуждали это.

- Но это же круто, весь дом будет в твоем распоряжении! Это будет потрясающе, мы сможем устроить вечеринку или еще что-то.

- Да. Возможно, - я вернула ей фотографии, повернув лица к ней. Я не знала всех этих людей, и они казались мне целым миром с другим языком. Кейси встала, положила фотографии на стол и расправила бахрому на своих шортах. Затем она внезапно обернулась ко мне:

- Господи! Я ведь совсем забыла тебе сказать!

- О чем?

- О Гвендолин Роджерс, - Кейси прыгнула обратно на кровать, тряхнув ее так сильно, что балансировавшая на краю подушка слетела на пол. Моя подруга всегда роняла или разбивала что-то. Папа называл ее беззаботным дервишем.

- А что с ней? – я представила Гвендолин, выгуливающую собаку и махавшую нам с Эшли рукой.

- Она вернулась. В смысле, домой приехала, - сказала Кейси голосом, по которому было понятно, что ей не терпится поделиться какими-то большими новостями. – А знаешь, почему? У нее был нервный срыв!

- Ты шутишь.

- Ее мама дружит с миссис Оливер, которая ходит в походы с моей мамой. И, кстати, она рассказала ей это по секрету, чтобы никто больше не знал.

- А твоя мама передала тебе.

- Не совсем, - сморщила нос Кейси. – Она говорила об этом миссис Кастер по телефону, а я случайно подслушала, когда курила на чердаке.

- Постой, ты куришь?

Она рассмеялась.

- Да, с начала лета. Хотела завязать, но это так сложно. Кстати, не хочешь попробовать?

- Нет, - покачала я головой, пытаясь переварить новую информацию. – А почему у нее был нервный срыв?

- Потому что, - Кейси подошла к гардеробу и засунула руку далеко под стопку кофт, которые носила крайне редко, вытаскивая оттуда открытую пачку сигарет, - ее серьезно ранили. Мужчина. Ну и модельная индустрия. Это тяжело для девушки из маленького городка, Хейвен.