– Да, – тихо промолвила она. – Ты очень похожа на мою дорогую Евангелину.

Эти сердечные упоминания о женщине, дружбу с которой Екатерина так бессердечно предала, вызвали у Арианн негодование.

– Моя мать никогда не была вашей дорогой Евангелиной, – возразила она. – Нельзя ли покончить с этими милыми шутками и перейти к делу? Вам известно, зачем я здесь. Я пришла договориться об освобождении графа Ренара.

Екатерина надменно подняла брови:

– Откуда ты знаешь, что я его просто не убила?

У Арианн тревожно сжалось сердце, но потом она поняла, что королева просто с ней играет, и поглядела на нее долгим неприязненным взглядом.

– Знаю, что он еще жив. Я… я это чувствую.

– Как удивительно нежно и романтично, – с манерной медлительностью проговорила Екатерина. – Да, получается, что ваш граф пока еще жив. Благодарите за это меня.

– Вас?! Это вы заманили его в Париж.

– К сожалению, его приезд был несколько более несвоевременным, нежели ваш. Он прибыл в город в разгар… э-э… празднования Дня святого Варфоломея. Зная, что от него мертвого мне мало пользы, я постаралась воспользоваться силой кольца, чтобы убедить его прибыть прямо во дворец. – Екатерина пожала плечами. – Но он, в конце концов, разобрался в моих хитростях или решил, что интереснее спасать гугенотов.

– Граф не из тех, кто может стоять в стороне, когда убивают невинных людей, – с гордостью заметила Арианн.

– Тем глупее с его стороны рисковать жизнью, влезая в дела, которые его не касаются. Его покойный дед никогда бы так не поступил. В общем и целом твой Ренар многим насолил. По счастью, мне пришлось послать отряд швейцарских гвардейцев, чтобы его арестовали. Граф сильно возражал против помещения его в Бастилию. Боюсь, что ты найдешь его в довольно жалком виде. – Арианн с трудом держала себя в руках. А Екатерина продолжала: – Месье де Виз жаждет ему помочь, и мне сказали, что в Бастилии замечательный набор орудий пыток.

Арианн побледнела.

– Вы… вы передали Ренара в лапы этого безумца?

– Пока еще нет. В данный момент он удобно помещен в одной из башен, как и подобает лицу его звания. Но в Бастилии есть и менее приятные покои – сырые подземные темницы, никогда не видавшие дневного света. Глубокие ямы, куда можно бросить человека и полностью забыть о нем, пока он не сойдет с ума или не умрет голодной смертью. Судьба твоего возлюбленного, Арианн, полностью в твоих руках. Ты принесла предметы, о которых я просила?

Арианн одеревеневшими неуклюжими пальцами пощупала висевшую у пояса сумочку.

– То, чего вы добиваетесь, вот здесь.

Не в состоянии удержать дрожь в руках, подняла сумочку. Но когда Екатерина потянулась за ней, Арианн отвела руку назад:

– Нет. Пока не получу от вас ордер на освобождение Ренара.

Екатерина фыркнула:

– Моя дорогая Арианн, я замечаю явное недоверие. Ухмыляясь, Екатерина проплыла по покоям и уселась за большим витиевато украшенным письменным столом. Достала пергамент, чернила, гусиное перо и принялась писать. Арианн, как ни сдерживала себя, нервно расхаживала взад-вперед. Трудно было поверить, что окажется так легко освободить Ренара.

Глядя, как королева выписывает ордер, Арианн еле сдерживала негодование: как может эта женщина, после всего что натворила, оставаться хладнокровной и невозмутимой? Ни малейших признаков сожаления о том, что прибегала к услугам охотников на ведьм, что организовала нападение на дочерей женщины, которую упорно продолжала называть своей подругой. Никаких угрызений совести, никаких раскаяний в связи с убийством мужчин, женщин и детей, чьи трупы, как мусор, свалены в кучи на берегах Сены.