Мисси быстро вмешалась в разговор:

— Но эти болота вовсе не опасны! Если, конечно, знать, как по ним ходить. — Сказав это, она снова густо покраснела и стала теребить кольцо на зеленой ленте.

Мисси не сомневалась в своей интуиции. В тот самый вечер, когда Маноло освободил Дэйва Мэдена из тюрьмы, она бросилась ему на шею и стала осыпать поцелуями его небритое лицо. Она была счастлива, что Маноло вернулся целым и невредимым. У нее не хватало слов, чтобы высказать свою радость, и она выражала ее поцелуями. С тех пор Маноло смотрел на нее как-то иначе. Да, она не ошиблась. Он смотрел на нее по-другому: эта перемена сперва смутила и озадачила ее. Но потом она поняла, в чем дело. Однажды она вдруг осознала, что Маноло перестал относиться к ней как к ребенку. Это вызвало у нее радость и гордость.

В тот вечер он принес ей книги. Некоторые из них он взял из старого дома Лэсситеров.

— Тони они не понадобятся, — сказал он, пожав плечами. — Она никогда не увлекалась чтением.

Мисси очень внимательно прочитала все эти книги — отчасти потому, что их принес Маноло, но главное, потому, что они доставляли ей огромное удовольствие. Она всегда любила читать. А Маноло объяснял ей трудные слова или сложные фразы. Он даже начал обучать ее французскому, совсем не похожему на тот язык, на котором говорили отец и братья. Когда она произносила что-то неправильно, Маноло прислонялся к стволу ее любимого дерева и хитро прищуривался. Это было чудесное времяпровождение.

А иногда он улыбался ей так, что она просто сходила с ума и забывала обо всем на свете. Это была его настоящая улыбка, а не та насмешливая, которую она помнила по прежним временам. Эта чистосердечная улыбка изгоняла из ее памяти разговоры о том, что Маноло — преступник, безжалостный и хладнокровный убийца. Она забывала даже о том, что он любовник Тони. А это мучило ее больше всего. Она уже прекрасно понимала, что безнадежно влюбилась в него, хотя и не могла сказать, что знает его достаточно хорошо. Эта мысль всегда пугала ее.

Кольцо, которое она с такой гордостью носила сейчас на своей зеленой ленте, было на его пальце, когда они с Терезитой нашли его полумертвым на краю болота. Терезита потом объяснила ей, что это кольцо — символ людей из племени команчи. Оно было сделано из странного, красноватого золота, очень похожего на медь. На нем была изображена змея с глазами из двух крошечных камней — изумрудов, как сказал ей Маноло.

Мисси обожала это кольцо и часто прикасалась к нему рукой. В тот день, когда Маноло снова пришел к ее любимому дереву и принес две новые книги, она, не удержавшись, снова притронулась к кольцу. Ее интересовало даже не столько само кольцо, сколько те чувства, которые пробуждали в ней прикосновения к длинным загорелым пальцам Маноло. Ее охватывала какая-то странная дрожь. Чтобы скрыть смущение, она быстро сказала:

— Это похоже на настоящую змею, правда? Здесь даже вырезана тонкая чешуя.

На что он, улыбнувшись, ответил, что это кольцо напоминает ему о рыжеволосой зеленоглазой женщине.

— Ты говоришь обо мне? — удивленно спросила Мисси. — Ты же всегда называл меня зеленоглазкой! С первой минуты, как мы встретились с тобой. Признаться, я даже не знаю, нравится мне то, что ты сравниваешь меня с этой старой змеей, или нет!

— О, у тебя, конечно, очень выразительное лицо, но ты красивее змеи!

Потом он быстро снял с пальца кольцо и небрежно бросил его Мисси. Маноло сделал это так легко, словно оно ничего не значило для него. Пораженная этим, Мисси долго вертела его в руках.

— Это тебе, моя болотная русалочка, — сказал он, весело улыбаясь. — Храни его. Я уже давно заметил, что оно мешает мне.