|
Но ее окружало столько поклонников, что к ней было трудно подступиться. — Лорд Линдхэвен слегка наклонил голову. — Ходили слухи, что она открыто сожительствовала с неким графом Дарлингеном, пока не изменила ему с каким-то мексиканским полковником. После этого она вышла замуж за русского князя, имя которого до сих пор не могу запомнить. Но этот брак длился недолго. Затем она вышла замуж за некоего Моргана, появившегося невесть откуда с большими деньгами. А тот оказался близким другом синьоры ди Паоли. Говорят, он женился бы на ней, не будь к тому времени женат. Но я не понимаю, почему он ведет себя так глупо! Прекрасная Вирджиния была украшением Европы! Великолепная женщина! Красавица! Жаль, что у нее двое детей. Интересно, где они?
Ник Бенуа, поглощенный рассказом, забыл про свою сигару. Однако внезапно этот увлекательный рассказ прервал мистер Макгрегор: — Не знаю, как ты, Алджернон, но я приехал сюда говорить о деле. Я человек женатый, у меня счастливый брак, и мне нет дела до всяких сплетен. Жена не позволяет мне мотаться по Европе, да и сюда я отправился против ее воли. Сэр, вы что-то говорили насчет этой приграничной земли, так, кажется, вы ее называете? — Да, я полагаю, что миссис Морган захочет продать свою землю, — спокойно ответил судья Бенуа. — Как справедливо заметил лорд Линдхэвен, она вряд ли захочет похоронить себя в этих диких местах. Что же касается остальной территории, то она принадлежит мексиканским крестьянам, которые с удовольствием избавятся от нее и отправятся в Мексику. Печально, но в Техасе к мексиканцам относятся не слишком хорошо и ждут, когда они покинут эту землю. Моя родственница Тони Лэсситер уполномочила меня говорить от ее имени. Конечно же, я наделен всеми юридическими полномочиями.
Глава 56
У Франчески ди Паоли часто менялось настроение, хотя об этом знали лишь самые близкие люди. Но в этот вечер оно было хуже, чем когда бы то ни было. Берт Филдз уже согласился пойти на уступки, а ее импресарио поспешил удалиться в номер, где жил ее коллега-тенор, и успокоить его перед вечерним спектаклем. Лишь терпеливая Констанца осталась со своей хозяйкой, пытаясь урезонить ее. — Неужели это ничтожество думает, что может сыграть роль Альфреда? Если бы Виолетта хоть раз взглянула на его лицо, она тотчас ушла бы к барону. Почему же я должна притворяться, что влюблена в него? Он слишком толстый, а его голос срывается на высоких нотах. Меня тошнит от него! И не он один мне так противен. Этот маленький пухлый судья, который восхищается мною, действует мне на нервы и внушает мне отвращение. Я ненавижу напомаженные усы и маленьких мужчин, которые таращат на меня глаза. Мне отвратительны даже цветы, которые он присылает мне. Скажи, чего ради я так долго добиралась сюда? Зачем я перенесла столько неудобств? А тот грязный пыльный городок с деревянными домишками! А эта гостиница, где могут жить только лошади и козы! Я спрашиваю тебя… — Ты сама все хорошо знаешь, — заметила Констанца. — Ведь это ты решила приехать сюда и заставляла меня отправлять письма этому судье, своему поклоннику. А зачем ты все это делала? Ты глупа, моя дорогая! Ты все еще надеешься отыскать своего голубоглазого пирата, а я все убеждаю тебя забыть его навсегда! Он не принес тебе ничего, кроме неприятностей, не так ли? Я предупреждала тебя об этом с самого начала. Ты же видела, как он обращается с тобой! — Я не желаю слышать твое старческое брюзжание! — раздраженно воскликнула Франческа. — Он сказал мне, что у него очень важные дела. Он много раз говорил, что не может отложить их даже на короткое время. Что же с ним случилось? Его жена в этом дурацком месте, но она одна, без него, верно? Даже сенатор не знает, где он и что с ним случилось. Что-то здесь не так. А этот ее кузен? Сенатор Брендон не обмолвился о нем ни словом! — Ты слишком возбуждена, моя девочка, — попыталась успокоить ее служанка. |
