Сыщик стал расспрашивать сослуживцев и выяснил еще один важный факт. У Рябзина был товарищ, такой же пьяница, как и он. Адам Мацилионис, бляха номер 289. Сначала бедолага заснул на посту, за что был оштрафован на рубль. Потом вышла еще более неприятная история. Мацилионис подобрал на улице утерянную квитанцию ссудной кассы Трифоновой на имя купца Зотова. На сто сорок рублей, между прочим. Вместо того чтобы сдать находку начальству, городовой обратился к купцу и стал требовать у него награду. Купец вручил пятишницу, но сообщил об этом помощнику пристава. Дошло до полицмейстера, который и выгнал вымогателя из рядов полиции. Теперь, по слухам, двое бывших городовых жили в Катызах. Ремеслом они никаким не владели, но откуда-то доставали деньги на водку. Подозрительная парочка. Рябзин, уходя со службы, публично обещал наказать Якова Одежкина. Неужели он выследил его через сообщника и убил? Запросто.

Слобода Катызы – скверное место. Начала свою историю она еще в шестидесятых годах. Тогда на пустынном левом берегу Оки выстроил себе землянку мещанин Журавлев по прозвищу Катыз. Он был кузнец, ковал гвозди, а весь доход пропивал в кунавинских кабаках. Постепенно его жилище стало обрастать соседскими хибарами. Здесь селились люди темные, непритязательные, и таких к 1896 году набралось уже немало. Почти сто домов образовали несколько безымянных улиц. Слобода в городскую черту не входила, поэтому строения все в ней были временные, на птичьих правах. Полицейский надзор отсутствовал. Ведь официально этой местности как бы не существовало.

Лыков поехал на выставку. Полицмейстер Таубе, как узнает о двух проходимцах, вряд ли обрадуется. Ведь Катызы с ним по соседству. Подполковник не откажется выделить надворному советнику пяток городовых.

Так и вышло. Александр Александрович принял Алексея сразу. И начал с благодарности за дни, когда по выставке ходил государь. Оказалось, что фон Таубе знал историю про студента с кульком баранок. И очень одобрял энергические действия начальника Летучего отряда.

Тот в ответ рассказал полицмейстеру о своем дознании и о том, что подозрение в убийстве городового падает на его бывших сослуживцев. Они скрываются в Катызах, совсем близко отсюда. Жить эти люди могут только разбоем – далеко ли до новых преступлений?

Фон Таубе принял решение быстро. Пристав Макарьевской части Воскресенский, как и Прозоров, тоже на время выставки был подчинен ее полицмейстеру. За Воскресенским полетел курьер. Пока его искали, подполковник подобрал шесть крепких ребят из кадра своей полиции во главе с околоточным надзирателем Васильковым. Высокий, сильный и хладнокровный, Васильков был подходящей кандидатурой. Он принял поручение арестовать подозреваемых в убийстве не моргнув глазом.

Вскоре прибыл Воскресенский, и привел с собой еще пять человек. Намечалась облава. Когда стемнело, полицейские с трех сторон вошли в криминальную слободу.