И стоило нам ступить на круг, как пирамида дрогнула. Да, клянусь, дрогнула все это миллионотонное сооружение!

— Вон они!

Е-мое! Сразу десяток фигур возникло из тьмы и заковыляло на гнилых ногах по нашу душу. Их мертвые губы были растянуты в карикатурных улыбках, а рот, виднеющийся из-под помятых шлемов, исторгал сиплый крик.

— Добро пожаловать в фильмы ужаса… — пробормотал Тихий.

И пошла потеха.

Зашипела магия, молнии устремились в сторону мертвых ублюдков, а Эрни и Санчез закрутили свою мясорубку.

Уже скоро мертвые лица слились в единый хоровод, а мы… Мы поняли, в какую угодили ловушку! Белесыми облачками призраки просачивались сквозь стены и, обрастая плотью, бросались в атаку. И их было до черта!

Но самое неприятное то, что выхода-то отсюда и не было! Не считая, конечно входа, хе-хе…

— У кого-нибудь есть идеи, как собственно это сраное логово упокаивать? — вдруг вопросил Эрни, после завалки очередной тройки Воинов Санкту.

— Бл*ха муха, ты прикалываешься?! — взвыл Санчез, коему в последней атаке здорово досталось. Мне пришлось залить в него с десяток хилов, чтобы отрегенить Жизненную Силу до приемлемого уровня.

Эрни ожог его раздраженным взглядом и вновь поднял меч.

Я кстати же тоже несколько прифигел от такого вопроса, так как думал, что Мастера дали нашему командиру полный расклад на тему Пирамиды. Но, похоже, он рассчитывал, что все будет понятно само собой и жестоко просчитался. Теперь этот просчет может стоить нам жизней.

А действительно, как?

Я воздел повыше связку факелов, пытаясь осветить зал, но толку от них было мало. Молнии Тихого делали это много лучше.

Испещренные резными узорами стены, какие-то уступы на них, разрисованный истлевшими фресками купол…

Меже тем, новая атака едва не отправила нас всех на перерождение. Мы замешкались с уничтожением одной группы призраков, и вскоре уже махались с почти десятком.

Мелькает топор Санчеза. Вжух-вжух. Вспышка пламени. Вжух-вжух. Еще одна, но противника не убывает… Что-то такое тоскливо-горькое стало подползать к горлу… а Маны, меж тем, было все меньше…

— Может, надо нарубить их определенное количество? — предположил Тихий, разряжая молнию в приближающегося призрака.

— Да мы уже замочили их с полсотни…

Эрни лихим ударом покончил с подранком. А я с некоторым злорадством увидел, как каменеет его лицо. Наш пахан-командир явно переживал собственный промах, когда он повел отряд в неизвестность, не разведав полностью обстановку.

— Подсказки. Должны быть подсказки! — воскликнул я, заливая хил в боевых товарищей. — Что там плел этот страж наверху?

— Что-то про воинов, что не сдавались…

— Нечто, поглотившее их…

— Что они желают вечного покоя… Но чары держат их…

Народ накидывал фразы, но я чувствовал, что все это не то. Стиснув зубы, я попытался нашарить мятущимся впотьмах разумом ответ… но его все не было. Как практически не было и Маны, что была на донышке. Тихий давно уже огрызался лишь эпизодическими молниями, а здоровье воинов просело до 60–70 %. Держать ниже было просто опасно. Реакции замедлялись, по телу гуляли волны боли, близ столбиков Жизненной Силы моих «сотоварище» множились значки травм и кровотечений.