«Должно быть что-то еще. В этом существе есть жизнь, сущность. Дух».

Наталья отпарировала очередной удар и безрезультатно прорезала серо-черный дым.

«Дух погибшего воина, поднятый из могилы без разрешения и вынужденный подчиняться не находя покоя. Вот что такое призрачный воин, правильно?» — спросила она.

Викирнофф снова попытался отвлечь внимание призрачного воина от Натальи на себя.

«Если он меня убьет, оставайся неподвижной. Он не обратит на тебя внимания и уйдет».

Наталья снова отклонила лезвие призрачного воина от горла Викирноффа и нанесла удар по полупрозрачному телу, кружась прочь от кровати, чтобы воин последовал за ней через комнату и подальше от охотника.

«Не будь ханжой. Ты действуешь мне на нервы. А эта штука меня по-настоящему разозлила. Поверь, это не очень хорошо. Они уже мертвы. Думай, Наталья. Вспомни о своих способностях».

Продолжала она вразумлять себя, не оставляя без внимания воина.

«Говорю тебе, он кормиться энергией. Чем больше ты двигаешься, чем больше эмоций ты излучаешь, тем сильнее эта штуковина становится. Он растет в высоту, но форму не меняет».

«У меня есть план. Закрой глаза и не открывай. Доверься мне».

Викирнофф немедленно соединил их разумы, когда она изящно закружилась размытым пятном, полностью приковав внимание воина к себе. Даже при столь страшных обстоятельствах Викиронофф находил ее прекрасной — смертельная комбинация. Идеальное сочетание грации и силы, она двигалась на грани видимости, вращаясь по кругу через комнату, лезвие взлетело, едва она достигла занавешенных дверей балкона. Она снова бросила на него взгляд, одновременно парируя следующий удар воина. Викирнофф увидел, как все ее тело завибрировало от силы этого удара.

«Твои глаза!»

Вот и все предупреждение, что Наталья собиралась ему дать. Если бы Викирнофф, даже посреди опасной ситуации не прислушался к ней, это было бы на его совести. Она стиснула зубы и вцепилась в штору, сдергивая тяжелую накидку. Яркий свет пролился в комнату сквозь стекло французских дверей.

Ее охватила мгновенная агония, но тут же была заблокирована. Она отбила очередной удар, ее ноги передвигались в старом как мир танце, кружась и нанося удары, в то время как она бросала взгляды на Викирноффа. Она могла чувствовать, как свет впивается в ее плоть, опаляет ее глаза, но для него все должно было быть в миллион раз хуже. Ругаясь, она отказалась от своего плана и стала прорубаться обратно к нему. Внутри она проклинала себя за глупость. Призрачный воин набирал силу с каждым моментом, в то время как она становилась все слабее. Охотник все равно умрет, так или иначе. А она была тупой, тупой, тупой чтобы продолжать сражаться за его жизнь.

Ее меч просвистел сквозь пустое место, хотя должен был отрубить голову воину. В ответ его лезвие едва не дотянулось до ее талии и вызвало дрожь в руке, когда она отклонила удар. Одной рукой она схватила стеганое одеяло и накинула на тело Викирноффа, полностью его прикрывая.

Призрачный воин последовал за движением одеяла, привлеченный запахом охотника. Смертоносный меч пронзил одеяло и в воздух извергся фонтан крови. От ярости дыхание Натальи вырвалось сквозь плотно сжатые зубы шипением. Она бросилась на воина, пытаясь оттеснить его плечом, но пролетела сквозь его тело, зашатавшись в попытке сохранить равновесие и разворачиваясь, чтобы оказаться с ним лицом к лицу.

«Останови свое сердце и легкие!»

Полетело в сторону Викироноффа требование, сопровождаемое сильным толчком подчиниться. Ее страх за Викироноффа разросся до пределов ужаса. Она обрушивала свой меч на воина снова и снова, предотвращая его возобновившиеся атаки на охотника.