Заточенная ложка не спасла. Пару раз Чип полоснул ей бультерьера по морде, — чем, по правде говоря, лишь раззадорил пса, — а затем упустил из рук.

«Так, Чип, спокойно. Я тебя не брошу. Приготовься, сейчас может немножечко пощекотать», — сказал я и осторожно, капля за каплей, начал наполнять грызуна силой. Физик он или нет, в конце-то концов? Если егерь может соло забороть такую дурынду, как страпони, значит и белкус справится с псом.

«У-у-у-у! — отреагировал Чип. — Номана!»

А затем прыгнул на стену, хорошенечко оттолкнулся, перелетел через бультерьера и оказался сзади. Чип взревел, — прям как тогда, когда подпевал рок-группам, — и с двух своих пушистых кулачков шарахнул псу по копчику.

Раздался хруст.

Бультерьер взвизгнул и припал задницей к земле. По ходу дела его наполовину парализовало.

— Чипчипчипчип! — вслух крикнул белкус, обошёл пса и со всей дури вдарил ему по носу.

Спрятал лапы за спину, поскакал прямо перед клацающей пастью, а затем ударил ещё. И ещё. И ещё. Каждый раз слышался мерзкий хруст, а голова буля моталась от ударов из стороны в сторону.

— ЧИПЧИПЧИ-И-И-И-ИП! — заорал белкус, а после засунул руку по плечо в пасть почти бездыханного пса и вырвал ему язык. Так ещё и отхлестал им медленно потухающего бедолагу. Вот зверюга!

«Так, Чип. Я запрещаю тебе играть в файтинги», — безапелляционно заявил я и вернул своё внимание в зал ресторана, где… Ох… да, Жихареву было далеко до бельчачьей жестокости, но кровищи здесь тоже хватало.

Двое налётчиков уже были лежачими. Третий, — самый разумный, — плакал в углу, ну а четвёртого Жихарев хреначил головой о стойку. Аккуратненько хреначил. Так, чтобы случайно не убить.

Я вернулся обратно за рекламный щит, вышел из теней и сразу же встретился взглядом с камерой видеослежения. Так. Вот этого мне совсем не надо. Во-первых, я очень скромный герой, и о скромности моей в народе ходят легенды. Ну а во-вторых я тенеходец, о чём никому не надо бы знать. В приличном обществе такое не то чтобы порицалось, но общение с Тайной канцелярией его величества Императора в мои планы пока не входило.

Выщелкнув из пистолета обойму, передёрнул затвор, и кинул бесполезной железякой прямо в голову тому из налётчиков, что ревел в углу. А то праведный гнев Евгеныча обошёл его стороной. Непорядок.

— Барышня, милая, — я обратился к кассирше, которая круглыми от шока глазами смотрела на то, как Жихарев мордует налётчика. — Где у вас здесь серверная комната?

— А? Что?

— Вы знаете, как удалить записи с камер слежения?

— А? Удалить? Да… Да, знаю.

— Я могу на вас рассчитывать?

— Да-да, конечно, — закивала головой пухляшка. — Всё сделаю.

— Отлично. Только прошу вас, сначала удалите записи, а уж потом вызывайте полицию.

— Да-да, я всё поняла, — кассирша сбила с себя оторопь и шмыгнула в подсобное помещение.

Жихарев тем временем начал уставать. Сейчас он уже не бил парня о стойку, а так… шлёпал.

— Ну всё, Егвеныч, всё, — я похлопал начальника по плечу. — Оставь уже, он понял все твои аргументы. Видишь, какой взгляд осмысленный стал?

— Ы-ы-ы, — выдохнул парень и упал на пол.

— Всё-всё-всё, пойдём.

Как бы мне не нравился обзор с парковки закусочной, машину пришлось переставить. Теперь мы наблюдали за пирамидой из подворотни соседского дома. Жихарев малость протрезвел и любовался звёздами, а я вернулся в голову Чипа.

Белкус тем временем поднялся вверх ещё на несколько этажей, отметил аж три поста охраны, нашёл кабинет, в которой я получил деньги со ставки и, — бинго! — проход на верхние этажи.