— Само собой вам нужен автомобиль! Это же следующий шаг по направлению к полноценной взрослой жизни! И вы пришли по адресу! Есть у меня один прекрасный…

— Секунду, — я поспешил осадить Уха прежде, чем тот предложит мне подержанный семейный седан или что-то в подобном духе. — На самом деле мне нужно кое-что особенное.

Ну я и рассказал Уху о своих запросах и предпочтениях. Рассказал всё как есть и не услышал ни единого возражения или неудобного вопроса в обратку. Думаю, ушлый индеец был не из тех людей, которые задают вопросы в ущерб своему бизнесу. Да и потом, ведь это именно он оформлял мне егерскую самозанятость, а значит плюс-минус понимает, что к чему и зачем мне это надо.

— Хм-м-м, — задумался Ух. — На самом деле есть один вариант. Дайте мне пять минут.

И исчез в подсобке.

Вышел мистер Ух уже без грима и в форме цвета хаки с каким-то ацтекским знаком различия на груди. И где только нашёл подходящий размер на свою тушу? А хотя… не удивлюсь, если сам сшил. Талантам его нет числа.

До сих пор удивляюсь.

— Я знаю, где добыть то, что вам нужно, — сказал Ух. — Но для этого придётся слегка прокатиться. Наличка у вас с собой?

— Обижаете, — хмыкнул я.

И снова в путь. И вновь верхом на Илхуитле. Прямо из дома быта имени мистера Яяухкуи мы уехали в Тисок — соседний опорник егерей; точь-в-точь такой же по инфраструктуре и внешнему виду городок чуть западней Арапахо-Сити.

По дороге я выяснил, что именно здесь в основном кучкуются егеря-французы. И вот ведь как интересно получается! Диаспора лягушатников располагается здесь, но мусье Лагранжа по какой-то иронии судьбы занесло именно к нам.

Кстати… интересно, как он там? Получил по жопе наравне со всем своим отрядом или же малой кровью отделался?

Поживём — узнаем.

За ворота базы в Тисоке нас впустили без проблем, но вот дальше мы с Илюхой уже не пошли; нечего нам там делать. Остались в машине, на стоянке. Мистер Ух забрал у меня наличку и бодро пошкандыбал в сторону главного административного корпуса.

Н-да…

Вот и здесь товарищи коррупционеры на ведущих ролях сидят. Распродают имущество базы левым людям, а по документам списывают в утиль. Ну… наверное.

Грустненько как-то становится, если честно. И ведь не переловить их всех, не наказать. Бороться с коррупцией — это же всё равно, что бороться с человечеством. Уничтожить одно без уничтожения другого попросту невозможно. Наверное.

Эх…

Пока ждали, между мной и Илхуитлом случилась очень трогательная сцена. Индеец распереживался о том-де, что если у меня появится собственная машина, то мы с ним потеряем контакт, а ему очень понравилось крутиться в тусовочке егерей, и вообще он сам как будто бы вернулся в молодость, и мы ему теперь как родные, и прикипел он к нам. Всей своей большою ацтекскою душою прикипел.

— Понимаешь, Артём, я очень люблю свою семью, — рассуждал таксист. — Таких как Нелли ещё поискать. Лучшая жена и лучшая мать на свете. А какая искусная любовница!

— Оу… — я аж вздрогнул, когда воображение услужливо подкинуло картинку.

— Да-да! Ты себе даже не представляешь, что она вытворяет в постели. А Илхуитл младший? Золото, а не ребёнок. Клянусь, с каждый новым днём я всё больше и больше узнаю в мальце самого себя.

— Да, — кивнул я. — Славный у тебя парнишка растёт.

— Короче говоря, Артём, я счастливый мужчина. Правда, счастливый, — на глаза Илхуитла навернулись слёзы. — И я не устаю благодарить Солнце за свою семью, но знал бы ты-ы-ы-ы!!! — и тут он перешёл на крик. — Знал бы ты, как они меня уже зае…

— Тише-тише-тише, — я похлопал таксиста по плечу. — Понимаю, Илюх, всё понимаю.