— Мне действительно очень жаль, Пол. Я бы не хотела вторгаться в ваш райский уголок. Он много значит для вас.

Пол был задет за живое. Долгие годы он имел дело с людьми, готовыми по команде изобразить любое чувство. Поэтому сейчас искренность этой девушки казалась ему бриллиантом чистейшей воды в море фальши.

— Да, — медленно протянул он. — Я верю вам.

И это пугало его больше всего.

Несколько секунд спустя Полу пришлось признать, что восторг по поводу простой обстановки, теплоты бревенчатых стен и разноцветных циновок, сплетенных индейцами, был столь же неподдельным. Маршу восхитило даже то, что дом отапливается дровами. Она, словно ребенок, бросилась к сидевшему на печи блестящему металлическому дракончику.

— Ой, какой милый!

— Практичный, — поправил Пол, стараясь заглушить странное чувство, вызванное тем, что вкусы их явно совпадали. — На самом деле это сосуд для воды, чтобы увлажнять воздух. Когда топится печь, здесь становится слишком сухо. Его купил Рик.

— Значит, он милый и полезный. А у вашего друга хороший вкус.

Они перешли в маленькую библиотеку, от пола до потолка заставленную книжными полками.

— Ради этой комнаты пришлось пожертвовать одной из спален, но я еще ни разу не пожалел об этом, — пояснил Пол, проходя мимо временной деревянной перегородки, закрывавшей проем в стене.

— Вы еще что-то сооружаете? — спросила Марша, осматривая перегородку.

— Да. Кабинет. Надеюсь, когда-нибудь я смогу работать только здесь. Когда перестану сниматься.

— И покинете Лос-Анджелес?

— С превеликим удовольствием.

— Завидую вам.

— Вы не любите этот город?

— Нет. Но у меня не было возможности куда-нибудь переехать.

— Ну что ж, теперь она появилась, — сухо заметил Пол.

— Пожалуй, да, — смутилась Марша. — Мне очень жаль, что пришлось сделать это за ваш счет.

— Вы имеете в виду за счет Стивена? — огрызнулся Тигедон. Его все еще раздражало то, что приходится подчиняться обстоятельствам.

— Да, ему это обходится в круглую сумму, — согласилась Марша. — Но вы платите гораздо более высокую цену, расплачиваясь долгожданным уединением!

Пол отвернулся, встретив взгляд ее глубоких, как омут, глаз. В них было столько тепла, доброты, понимания, что он вдруг почувствовал, что балансирует на краю опасной пропасти.

Они вошли в маленькую кухню.

— Еда у нас простая. Рик плохой кулинар, а я еще хуже, так что изысканных блюд не подаем.

— На меня не рассчитывайте, — предупредила Марша. — Я никогда не училась готовить.

— Не надо думать обо мне плохо, — пародируя ее манеру, ответил Пол. — Я вовсе не собирался использовать вас в качестве кухарки. Просто хотел сказать, что вам придется заботиться о себе самой.

Он провел ее по длинному коридору и показал на запертую дверь.

— Это комната Рика.

— А где он сам?

— На берегу. Там есть еще небольшая хижина.

— А Стивен?

— Он останавливается вон в той маленькой комнатке, когда заезжает на остров, что, впрочем, случается нечасто. Это место для него слишком далеко от цивилизации. Он не может жить без своего автомобиля. А вот здесь ванная.

Пол распахнул следующую дверь, за которой оказалась на удивление большая комната. Посередине стояла огромная ванна, а из окна открывался потрясающий вид на залив. Приоткрытая дверь вела в хозяйскую спальню. Пол вспомнил, что так и не заправил утром свою королевских размеров кровать с тяжелым красным балдахином.