Она храбро улыбнулась и шагнула вперед.

Эдеард почувствовал прикосновение ее губ к своей щеке. Он был так удивлен, что и не подумал отпрянуть.

– Да благословит тебя Заступница, Идущий-по-Воде.

Она повернулась и выбежала из оранжереи.

Эдеард, не в силах сосредоточиться, вернулся в детскую Мирнаты.

– Что с тобой случилось? – спросил Динлей.

– Почему они это делают? – воскликнул Эдеард, снова оглядывая комнату.

Ему еще ни разу не приходилось видеть столько вещей розового цвета в одном месте.

– Чтобы уничтожить тебя, – ответил Бойд.

– Это был риторический вопрос. Они заманивают меня в Овесторн, полагая, что смогут убить, если я приду один, верно?

– Я бы так и сделал, – сказал Максен, не обращая внимания на возмущенный взгляд Кансин. – Там у них наверняка собрана небольшая армия. Даже если бы мы были неподалеку, им хватит и десяти минут, чтобы тебя прикончить. Возможно, они на всякий случай и нас попытаются ликвидировать.

– Но в таком случае мы станем мучениками, как он сказал. И начатое нами дело только окрепнет. Возможно, настолько, чтобы определить исход завтрашнего голосования.

– Кто сказал? – спросил Динлей.

– Нет, это не годится, – возразил Максен. – В таком случае Мирната не вернется домой.

– Но появится виновный, – сказал Бойд. – Если не останется никаких свидетелей, они подстроят все так, будто ты решился на безрассудный шаг. Город сочтет тебя виновным в ее смерти. Кроме того, у тебя будет выкуп. Ни один преступник в здравом уме не откажется от такой суммы, особенно после столь удачного похищения.

– И ордера на выдворение закончат свое существование вместе с нами, – добавил Эдеард. – Умно задумано.

– Так что же нам делать? – спросила Кансин.

Эдеард посмотрел на маленькую деревянную кроватку, искусно сделанную в виде лебедя, и представил спящего под розоватой простынкой ребенка, свернувшегося калачиком.

– Найти ее.

– Ага, – согласился Максен. – Было бы неплохо. Слухи о похищении уже разносятся по городу. Люди огорчены, это ощущает каждый из нас.

Все примутся ее искать, в такой день похищение ребенка – двойное святотатство. И никто не станет сочувствовать бандитам. Девочку очень старательно будут прятать, только если она еще жива.

– Она жива, – произнес Эдеард, медленно отходя от кроватки. – До полуночи она им еще нужна. Иначе они не смогут мной манипулировать.

– Надо схватить Иварла, – взволнованно воскликнул Динлей. – Выжечь огонь огнем, этого они никак не ожидают. И тогда обменять на него девочку.

Максен с удивлением посмотрел на Динлея.

– Вот уж никак не ожидал услышать от тебя такое. Я поражен. Да, это будет неожиданный поворот. Эдеард?

– Нет. К тому же Иварл не имеет к этому никакого отношения.

– Откуда ты знаешь? – удивился Бойд.

– Он сам мне сказал.

Эдеард провел пальцами по пологу, все еще пытаясь представить Мирнату.

– Он сказал?..

Его товарищи с недоумением переглянулись.

– Да. А теперь, окажите мне услугу. Посторожите двери, не впускайте сюда никого. Мне нужно побыть здесь одному.

– Ладно, – благоразумно согласился Максен. – А ты не хочешь сказать нам, зачем тебе это?

– Я хочу вспомнить, – сказал Эдеард.

Они не подвели. И больше ни о чем не спрашивали его. Они сомневались – он знал наверняка, – но дружно вышли, расположились у дверей и стали разговаривать между собой.