— Ира, придется потерпеть. Тем более, что в партии власти тебя совсем не ждут, ни за какие деньги, а у коммунистов все еще печальнее. Так вот…

— Ты что, еще и деньги заплатил?

— Ну не совсем деньги, скорее бартером рассчитался…- я вспомнил торг в больничной палате: — Но заплатить пришлось…

— И что с этим журналюгой? Ты имей в виду — мне с больными хлопот полон рот, а тут еще этот… «Доктор, а зачем вы это делаете?» — передразнила Ира кого-то, постаравшись скорчить отвратительную рожицу: — Мне одна бабка после этих вопросов знаешь какой скандал устроила⁈

— Ира, солнышко…- я присел на кровати и ухватив горячее тело подруги, жадно прижал ее к себе: — Привыкай. Скоро в нашей областной «молодежке» выйдет серия репортажей под лозунгом «Журналист примеряет профессию». Там три репортажа будет посвящены героическим будням врача «Скорой помощи», доктора Кросовской.

— Да ну тебя! — Ира шлепнула меня ладошкой по руке, что поползла под тонкую ткань водолазки: — Я иногда не знаю, ты шутишь или нет…

— Все! Забудь про шутки. Все слишком серьезно. Мне от тебя надо, чтобы ты получила решение собрания трудового коллектива, что он на общем собрании выдвинул тебя кандидатом в депутаты…

— Паша, я конечно попробую, но ничего не обещаю. И у нас всех собрать — проблема еще та. Ты же знаешь, что у нас врачи и фельдшеры сутки через двое работают?

— Ира…- я поцеловал девушку в ладошку: — Все в твоих руках. Ты же с других смен народ знаешь?

— Ну конечно знаю.

— Так завтра не спи до обеда, а на «пересменку» сбегай и собери у них подписи, образец я тебе сегодня вечером дам…

— Нахал! Я не сплю до обеда! — меня попытались стукнуть, но я соскочил с кровати и принялся одеваться — итак на работу опоздал, уже на два часа.

— Раз не спишь, тем более сходи. Все пока, я побежал. — я на бегу погладил сунувшихся ко мне собак и выскочил за калитку.

Завод. Здание заводоуправления.

— Привет!

Буркнул мне директор, когда я заглянул в его кабинет: — Проходи. Что там с квартирами?

— С квартирами? — Черт, черт! Черт! С попытками устроить судьбу моей подруги, я совсем забыл про обещание разобраться с проблемами сдаваемого дома. Хотя даже один раз рассказывал Григорию Андреевичу, что там все в процессе и есть положительная динамика.

— Извините, что вы сказали? — на мгновение я выпал из реальности и пропустил что-то важное в речи директора.

— Я говорю, что совсем охренели! Требуют практически столько, сколько мы за квартиру внесли… Ты разберись там, а то надоели, со своими звонками.

У меня ослабли ноги. Мало того, что я упустил момент и не решил вопрос с жильем, так какие-то жулики раздобыли телефон директора и что-то с него требуют. А если это не жулики, а настоящие застройщики, а я уже сказал, что вопрос решается…

— Да, я все понял, сейчас же займусь. — я тихо вышел и аккуратно прикрыл дверь директорского кабинета.

Тихий центр. Улица Переворота.

Ответы на свои вопросы я получил прямо у ворот на строительную площадку. Мужчина, что разгружал «жигулевскую» «шестерку», вынимая из багажника банки с краской, на строителя не был похож совершенно, и я задал ему мучавший меня вопрос — «Что, собственно, говоря, происходит?»

— А вы что — на собрании не были? — Подозрительно уставился на меня мужчина.