|
Как известно, – вам, возможно, давно, а лично мне – лишь с недавних пор, – для проведения подобного ритуала необходимо помимо прочего и прежде прочего Зеркало Ананда. За этим артефактом злодей притопал, что, думаю, и не удивительно, в лавку к Михею Процентщику. Под чьей личиной притопал, честно говоря, знать не ведаю, но глубоко сомневаюсь, что под своей собственной. Возможно, воспользовался телом той же Слободской медовницы. Но вполне возможно, ещё кого-то обидел. Не знаю. Михей дурак клятву смертельную дал, теперь, как вы все слышали, боится даже словом обмолвится на эту тему. Кстати, что интересно, клятву-то не разглашать тайну имени и образа он злодею дал, а вот само зеркало не отдал. Так уж у него дело строго поставлено: выдача товара со склада только по факту оплаты. В качестве же платы потребовал он на этот раз не деньги, не Силу, а мне каким-либо образом навредить. Ну, это уже наши с ним личные распри, вас они вряд ли заинтересуют. Посему пропускаю.
А дальше вот что. Злодей лично козни мне чинить поостерёгся, нанял для этого дела молодого оборотня, новообращённого волчонка по имени Дыг. Обучил его и науськал. Однако парнишка оказался сам себе на уме, сделал всё немного не так и не совсем то. В результате я его осадил, а потом и разыскал. Когда же надавил, он сдал мне Михея с потрохами. А вот наставника, к сожалению, сдать не пожелал, мало того предупредил его о надвигающейся опасности. Ну а тот отблагодарил ему незамедлительно. И своеобразно. Тотчас заявился и пырнул в грудь сталью заговорённой. Так-то вот. И это, дамы и господа, на данный час пока вся информация. Да, чуть не забыл. Не сумев отобрать у Михея зеркало хитростью, злодей отобрал его силой. А самого Михея, как вы слышали, отравил тем же самым способом, что и Шабетая. Теперь что касается личности нашего злодея. На этот счёт известно вот что. Соседи Слободской медовницы видели, как она разъезжает на "Мерседесе" Ледовитого. Это раз. Оборотня зарезали кортиком, который хранился в сейфе Ледовитого. Это два. За полчаса перед смертью оборотень звонил на телефон, зарегистрированный на Ледовитого. Это три. С этими словами я вытащил из кармана телефон Дыга и протянул Уломе: – Передай Нырку, пусть вещдок к делу приобщит. И извинись там за меня. – Ну, ты блин, братишка, и даёшь, – только и сумел сказать подполковник, забирая у меня телефон. А я уже продолжал: – Мало – больше. Звонок дежурному насчёт того, что полковник Белов скрывает у себя дома трикстера, был сделан тоже с телефона Ледовитого. И это уже четыре. Как видите, дамы и господа, собранные нами совместно улики указывают на одного и того же, всем нам известного человека. Одна улика в нашем деле практически ничего не значит, две улики – это уже кое-что, три – вполне достаточно для обвинения, ну а четыре – согласитесь, это уже даже перебор. – Вообще-то, ещё пятая есть, – подхватила мои слова Ирма. – Правда, косвенная. – Это какая же?- обратился к ней Улома. Ведьма кинула на него короткий взгляд, затем лёгким движением смахнула упавшую на лоб прядь и пояснила: – Артефакты в хранилищах содержатся не под своими истинными названиями, а под инвентарными номерами. Тот, кто заказ на лапку Пастуху сделал, знал, под каким номером она хранится. Знал соответствие. А это информации высшего уровня секретности. Допуск к ней у нас в городе имеют всего шесть человек. Ледовитов – один из них. – Одно к одному, – поблагодарив ведьму церемонным наклоном головы, сказал Улома. – И тогда уж лично от себя хочу шестую улику добавить. Согласитесь, чтоб демона напавшего на Михея вызвать, и магом умелым нужно быть, и Силы иметь порядочно. Явно не любитель начинающий, а высший маг учинил. Чем не улика? В воздухе на некоторое время повисла тишина. Нарушая её, Ирма сделала из всего раннее изложенного очевидный вывод: – По всему выходит, что это Ледовитов город на уши поставил. |
