— Нормально, — успокоил его прораб. — Немного пережимаете, но в пределах допустимого. От вас примерно этого и ждут. Да не переживайте вы так, все будет нормально!

Как же не переживать, когда такая премьера!..

— Может, мне золотую цепь побольше повесить и немного сленга добавить — ну там, типа, «все будет в натуре, по кайфу, братаны»?

— Не надо цепей и сленга — умоляю вас. Играйте так, как играете. Только слегка усильте акцент на срочности работ.

— Можете быть спокойны — усилю.

— Все?

Хозяин джипа и четырехэтажного дома замялся.

— Ну, что у вас еще, говорите.

— Мне бы денег…

— Я же вам вчера вечером пять тысяч дал!

— Ну вы же понимаете — образ жизни — то да се. Мне нынче в казино, а у меня три сотки в кармане осталось…

Судя по всему, преподанные уроки актерского мастерства не прошли даром; судя по всему, он очень хорошо вошел в роль.

Прораб вытащил из кармана деньги.

— Вы там смотрите, не очень роскошествуйте, чтобы не вызывать вопросов: зачем вам такой маленький домик?

— Ну что вы! Я в рамочках предполагаемых обстоятельств — строго по роли.

— Ну тогда я пошел. Прораб открыл дверцу.

— Мне, твою мать, твои оправдания не нужны, мне фронт работ нужен, сроки!.. — донесся из машины мощный рык покупателя дома.

Из джипа выпал всклокоченный, побагровевший прораб и отбежал в сторону.

— Ты погоди, я тебе еще не все сказал! — ревел заказчик. — Я не для того тебе бабки плачу, чтобы ты тут санаторий устраивал! Что хочешь делай — днюй и ночуй на стройке, но если затянешь сдачу хоть на день!..

Присутствующие при разносе рабочие инстинктивно втянули головы в плечи. А жильцы подумали, что в принципе не против выехать уже сегодня.

После публично полученного нагоняя прораб развил бурную деятельность — дом обнесли забором с колючей проволокой, внутрь запустили охранников и злых собак, привезли и смонтировали кран, на фасад повесили лампы и прожектора.

Прожектора были новенькими и дорогущими. Потому что, кроме ламп, имели встроенные в корпус видеокамеры. «Концы» уходили в бытовку, занимаемую прорабом, которому было приказано «дневать и ночевать» на стройке. Что он и делал.

Оббегав стройку и определив каждому фронт работ, он запирался у себя и падал на топчан. И вытягивал из-под топчана ноутбук, на который писалось изображение, передаваемое с видеокамер. Две, закрепленные по углам дома, сканировали улицу в обе стороны, еще две снимали «крупняки». Но самые главные «видеоглаза» были на кране, на перекинутой через проулок стреле. Они отслеживали окружающую местность по всем сторонам горизонта. И что важно — отслеживали со стороны «объекта». Потому что тот, кто будет следить за «объектом», будет следить с прилегающих зданий и улиц и, значит, подставит «оптике» свое лицо, а не затылок, если ловить его сзади.

Прораб проматывал на убыстренном воспроизведении «панораму», где легче было отследить перемещение людей и машин вблизи объекта, выделял наиболее интересные эпизоды и, проматывая записи до нужного места, отсматривал.

Семнадцать часов четырнадцать минут. Машина «Жигули» шестой модели, синяя, номерной знак… Появляется в кадре в третий раз. Надо к ней присмотреться внимательней.

Семнадцать сорок пять — подозрительный человек…

— Прораба не видел?

— А что случилось?

— Да раствор опять не той марки привезли.