— Я знаю, — ответил я. — Пока доказательств у меня нет.

— Ты знаешь, как поступит Редфилд.

— Она совершила убийство.

— А этого ты не знаешь; все это только предположения. Прежде чем ты сможешь перейти к доказательствам, тебе придется сказать Редфилду, что его жена — шлюха. Хочешь попытаться?

Раздался телефонный звонок. Телефон стоял на краю стола, он протянул руку и снял трубку:

— Колхаун слушает.

Некоторое время он слушал молча.

— Кто? Руп Халберт? Ладно, пусть он подойдет к телефону. — Последовала небольшая пауза. — Руп, это Колхаун. Бармен говорит, ты беспокоишь людей.

Иди домой… Ладно. — Он повесил трубку.

Я посмотрел на него и покачал головой:

— Вы просто поговорили с ним по телефону?

Он пренебрежительно махнул рукой:

— Руп — неплохой парень. Только когда примет лишнего, то начинает искать боксерские перчатки на дне своей пивной кружки. Ты думаешь, Лэнгстон заезжал туда в то утро? И застал их?

— Могло быть и так.

— Но зачем ему, это понадобилось? Даже если он забыл, что Редфилд отменил свою поездку на рыбалку, он не стал бы заезжать к нему.

— Давайте посмотрим с другой точки зрения, — предложил я. — Он знал, что Редфилда нет дома. Но он не знал, что там Стрейдер. Вспомните — ведь в тот раз его зарегистрировала миссис Лэнгстон.

Он слегка присвистнул:

— Сынок, когда ты убежден в своей правоте, тебе уже все равно, кому ты отдавишь ноги? Лэнгстон был уважаемым человеком в городе. Он не бегал за юбками и дружил с Редфилдом. С какой стати он стал бы заявляться туда, думая, что миссис Редфилд не будет иметь ничего против?

— Я сказал, что это только мое предположение, — возразил я. — Но, черт возьми, Колхаун, ведь он был там, и поэтому его убили. Это должно быть именно так. Он мог узнать, какая она на самом деле. Он мог и раньше видеть ее со Стрейдером.

Он покачал головой:

— Даже если он застал их вместе, я не убежден, что это они убили его.

— Конечно, не исключено; что это случилось по ошибке. Они подумали, что вернулся Редфилд, и запаниковали. И тот и другой ездили на фургоне. Но я не уверен, что дело в этом. Я думаю, там было что-то еще.

— О'кей. Но здесь твоя история разваливается на части. В ней дыра шириной в милю, из-за которой мы возвращаемся к самому началу. Это то самое, почему единственной подозреваемой оказалась миссис Лэнгстон. И остается ею. Один из них знал, что начни мы расследовать убийство и он окажется под подозрением. А подозревать миссис Редфилд у нас не было ни малейшего основания. Они со Стрейдером могли свалить труп Лэнгстона в любую канаву, и никто бы не подумал, что они имеют к этому какое-нибудь отношение.

— Подумайте. Мне понадобилось довольно много времени, чтобы найти ответ на этот вопрос. Я догадался только недавно. Миссис Редфилд — ловкая особа, согласен, и причина, по которой она не фигурировала в этом деле, в том, что она только думала, будто ее могут заподозрить. Она просто ошиблась.

Он покачал головой:

— Не понимаю.

— Поставьте себя на место миссис Редфилд. Вы смотрите на труп человека, которого только что убили, и понимаете, что не имеет значения, где и когда его обнаружат, потому что люди узнают — последнее место, куда он отправился живым две, минуты назад, был ваш дом.

— Но он не собирался туда заезжать… — Он замолчал и уставился на меня. — Будь я проклят!

— Вот именно, — ответил я. — Она просто не знала об этом.