Он отстрелил антиграв, находясь ещё на высоте десяти метров, и врубил ракетные двигатели брони.

В отличие от прыжковых двигателей, которые позволяли облачённым в бронированные скафандры морпехам передвигаться с поразительной скоростью длинными, стелющимися прыжками, двигатели боевой брони имели весьма ограниченный ресурс. Они были предназначены для маневрирования за пределами атмосферы, а не на дне гравитационного колодца. И даже в космосе рекомендовалось избегать использования полной мощности.

У рядового Талукдара были на этот счёт другие соображения, которые в совокупности нарушали порядка пятнадцати пунктов правил безопасности.

Направление его полета резко изменилось. Сперва, когда отстрелил кабель, он провалился вниз, а потом, когда полыхнули двигатели, выстрелил вверх. Достигнув верхней точки траектории, он выписал телом — и выхлопом двигателей — чёткую дугу, и перешел к столь же резкому снижению. Полагался он исключительно на инстинкты, опыт и глазомер, но это сработало. Вместо того чтобы приземлится перед башней, он опустился на её крышу.

И немедленно провалился сквозь камуфлированный навес, когда инерция и масса его брони сказали своё слово.

Капитан Качмарчик сбросил свой громкоговорящий модуль за мгновение до того, как пробить крону дерева и упасть на землю. Автономный модуль отлетел в сторону, отскакивая от ветвей и слегка закрутившись, прежде чем стабилизироваться и зависнуть на высоте пятнадцати метров. Капитан же рухнул на землю, гася инерцию перекатом, а его броня — измазанная корнатийской версией хлорофилла — приняла на себя большую часть удара. Выпрямляясь с импульсной винтовкой наперевес, он услышал запись собственного голоса, громоподобно воспроизводимую громкоговорящим модулем.

— Внимание! Внимание! Говорит капитан королевской мантикорской морской пехоты Качмарчик! Немедленно сдавайтесь и выходите без оружия, сцепив руки на макушке! Вы арестованы по подозрению в террористической деятельности, и ответом на сопротивление или неподчинение будет огонь на поражение! Повторяю, вы арестованы! Сдавайтесь немедленно, если не хотите пострадать!

Резервные громкоговорители молчали. В них не было необходимости, чтобы обеспечить покрытие зоны сооружения, — даже на минимуме чувствительности внешних микрофонов звук был практически оглушающим, — и его модуль транслировал сигнал, отключавший воспроизведение звука другими. Если бы его громкоговоритель вышел из строя, заработал бы модуль Келсо. А если бы и её модуль, в свою очередь, оказался неисправен, эстафету подхватил бы модуль сержанта Кэссиди.

Удовлетворенный тем, что предупреждение прозвучало, и оставив громкоговоритель повторять его снова и снова — как для того, чтобы ни у кого не могло возникнуть сомнений в том, что плохим парням была предоставлена возможность сдаться, так и ради эффекта, который оно неизбежно должно было произвести на моральное состояние противника — капитан повернулся к башне.

Как раз вовремя, чтобы увидеть, как один из его бойцов приземляется прямо на её верхушку и исчезает внутри.

Рядовой Талукдар услышал начало требований капитана пробивая камуфлированный экранирующий тепло навес, прикрывавший открытый верх башни.

Единственный находившийся там корнатиец, захваченный громоподобным голосом врасплох в полусне долгой скучной вахты, только начинал вскакивать на ноги, когда рядом с ним на бревенчатую платформу с грохотом рухнула двухметровая угольно-чёрная бронированная фигура.