— Считаешь ли ты, что он на это способен?

— Не знаю, — чистосердечно повторила Хелен. — Я на это надеюсь, но в настоящий момент даже не рискну строить предположения.

— Чего я и боялся, — вздохнул Аикава. — Пожалуй, было бы слишком просто для…

Его перебила мягко прозвучавшая трель и появление нового символа на тактическом дисплее. Они с Хелен оба уставились на него.

— "Золотая Бабочка", — повторил Аикава, читая название, появившееся после того, как приближающийся торговец включил транспондер и БИЦ обновил данные. — Они придумывают для торговых судов довольно странные имена, как полагаешь?

— Вот видите? — Дуань улыбнулся, когда Управление Движением Монтаны приняло их идентификатор и заявленную цель захода. Принявшая их вызов приятная молодая женщина даже не слишком припоминала им прежнее отсутствие транспондерного кода, и Сандкаран принёс подобающие случаю извинения. Затем он передал микрофон Азадеху Ширафкину, казначею "Марианны", то есть, в настоящий момент, "Золотой Бабочки".

— Я же говорил, — обратился Дуань к Де Шаброль и Эгервари, пока молодая женщина сочувственно вздыхала, выслушивая объяснения Ширафкина по поводу их мнимой чрезвычайной ситуации. — Мы просто будем держаться тише воды ниже травы, не привлекая к себе излишнего внимания, возьмём новый кислородный бак, а затем спокойненько уберемся подальше отсюда.

— Это мне нравится, — с жаром произнёс Эгервари.

Аикаве Кагияме было скучно. Быть вахтенным тактиком замечательно, однако ещё лучше было бы, если бы приходилось следить за чем-нибудь более увлекательным, чем вялое движение вокруг Монтаны. Даже заход заурядного трампа на обыденный ремонт являлся восхитительным разнообразием… что много говорило о том, насколько тоскливо было до появления благословенной "Золотой Бабочки".

Поскольку заняться больше было нечем, Аикава решил взяться за отработку задачи слежения за курсом торговца, которому до выхода на орбиту оставалось меньше пятнадцати минут. Он двигался со скоростью едва 1703 километра в секунду и находился на расстоянии 736 069 километра, причём под ракурсом, дающим сенсорам практически идеальную позицию для взгляда "под килт" его клина.

Аикава изучил информацию на своём дисплее. Помимо того, что излучение активных сенсоров казалось немного более интенсивным, чем он ожидал бы от подобного судна, вся прочая информация была совершенно неинтересна. Он почти уже было перенацелил изучавшие судно сенсоры, но передумал. Если скучно было ему, то рядовые в БИЦ наверняка скучали не меньше. Он вполне мог подкинуть и им кое-какую работёнку, так что Аикава дал команду на обычное опознание судна.

Он совершенно не был готов к тому, что увидел в следующее мгновение.

Хелен больше не восседала в кресле тактика. Теперь в нём сидела лейтенант-коммандер Каплан, а Хелен, с того места, куда она оказалась оттеснена, даже разглядеть тактический дисплей было несколько затруднительно. Может быть потому, что за спиной Каплан столпились Абигайль Хернс, Гатри Багвелл, Анстен Фитцджеральд и капитан Терехов, все выслушивающие, как заметно возбуждённый Аикава подробно рассказывает о своём импровизированном упражнении в слежении.

— … а затем, мэм, я запросил у БИЦ опознание. Просто в качестве тренировки. Я и подумать не мог, что они ответят мне такое.

Аикава обвёл взглядом стоящих вокруг офицеров, неизмеримо превосходящих его рангом, а Терехов стиснул его плечо.

— Хорошая работа, Аикава, — негромко похвалил он.