— Чего? — изумился я.

— Ну, в том смысле, что следит, чтобы там были приличествующие порядки и гуманное отношение к… работницам.

Я, прищурившись, посмотрел вслед ушедшей Луизе. Дома терпимости, значит… Интересно. Не менее интересно, чем девушка по имени Луиза фон Краузе, которая не видит разницы между Францией и Германией.

* * *

На всём протяжении экзаменов за первый курс я был, наверное, анекдотическим примером типичного студента. Все мои мысли были сосредоточены на проститутках. И — чуть в более широком смысле — на Луизе фон Краузе.

Я снова и снова перебирал в памяти эпизоды из нашего общения. Сначала — в императорском дворце, потом — в Царском Селе.

Фрейлина императорского двора ни с того ни с сего явилась ко мне и принесла кружку пива. Зачем? Что это могло означать? Попытку отравить? Первая мысль — да, конечно. Однако так ли это разумно — травить князя Барятинского в императорском дворце? Ведь шансы скрыться после такого покушения — минимальны.

С одной стороны. А с другой, яды бывают очень разными. С учётом магии — так и вовсе нельзя быть в чём-либо абсолютно уверенным…

— Послушай, Платон, — сказал я, переводя дыхание после очередного тренировочного боя, — а есть амулеты, защищающие от отравлений?

Несмотря на экзамены, мы с учителем продолжали тренироваться. Платон считал — и я с ним был полностью согласен, — что испытание в Ближний Круг — это кое-что посерьёзнее экзаменов за первый курс. Из академии я, конечно, мог бы вылететь безо всяких проблем. И Калиновский охотно пошёл бы мне навстречу — дав резолюцию о том, что вылетел я не из-за академических причин, а исключительно из-за пьянства и разврата. В общем, не стал бы мне портить репутацию в свете. А вот терять место в Ближнем Кругу было нельзя категорически. Не преподносить же такой подарок мсье Локонте после всего, что мы у него отвоевали.

— Разумеется, — отозвался Платон. — У вас есть опасения?

— Да чёрт его знает, — поморщился я. — Достанешь, какой-нибудь простенький? Пусть болтается, шею не оттянет.

— Амулеты — это хорошо, — философски заметил Платон, — однако не стоит забывать, что у них есть недостаток, который часто нивелирует все многочисленные достоинства. Чрезмерно полагаясь на амулеты, люди ослабляют бдительность, и…

— Я не собираюсь ослаблять бдительность, — заверил я. — Но если можно подстраховаться — то почему бы и нет. И вот что. Мне нужна ещё одна вещь…

— Понял вас, — кивнул, выслушав, Платон. — Достану лучшее из доступного. Вы отдохнули, ваше сиятельство?

И начался очередной раунд в бесконечной череде.

Проститутки… Публичный дом, Витман, Луиза фон Краузе, покровительница проституток. Её странное поведение. Хотя, с другой стороны — странное ли?..

Ну, принесла пива — элементарный жест гостеприимства, желание понравиться светской звезде, или типа того. Встреча в саду — ну, может, правда вспомнила про какие-то дела. Или почувствовала себя неуютно рядом с семнадцатилетним пацаном, у которого уже десятый уровень. Сама-то она вряд ли звёзды с неба хватает. Может, кстати, вообще не маг.

В конце-то концов, в чём я её подозреваю? В том, что она — и есть мсье Локонте? Ой, вряд ли. Один гендерно неопределившийся у нас на радаре уже был, да весь вышел. Хотела ли Луиза убить меня в парке? Тоже чушь какая-то. Средь бела дня, при свидетелях — это даже ещё глупее, чем травить меня пивом во дворце…

Не складывалась у меня картинка, как бы я её ни крутил.