ЛОРД РУПЕРТ ВЫИГРЫВАЕТ ВТОРУЮ ПАРТИЮ

– Tiens! – сказала она, поглядев в окно. – Где же я? Место мне совсем незнакомое. А там дальше море. – Она с недоумением глядела на портовую улицу. – Этот человек напоил меня чем-то скверным, я помню. И наверное, я заснула. Где этот подлый граф? По-моему, я укусила его очень больно и знаю, что лягала его. А потом мы приехали в гостиницу… где она была? В милях и милях от Эйвона. Он принес мне кофе. – Тут она хихикнула. – А я выплеснула его ему в лицо. Какими ругательствами он сыпал! Потом он принес еще кофе и заставил меня выпить. Фу! Он сказал – кофе? Свиное пойло! А что потом? Peste, больше я ничего не знаю. – Она обернулась, посмотрела на часы на каминной полке и нахмурилась. —Mon Dieu, что это такое?

Она подошла к часам и впилась в них взглядом.

– Sotte! – заявила она им. – Как вы можете показывать полдень? Он в полдень заставил меня проглотить это мерзкое свиное пойло. Tu ne marches pas.

Ровное тиканье убедило ее в обратном. Она наклонила голову набок.

– Comment? Voyons, я этого не понимаю. Вот если только… – Она сделала большие глаза. – Я уже в завтра? – спросила она с изумлением. – Да, я в завтра. Этот человек меня усыпил, и я проспала весь день и всю ночь! Sacre bleu, но как я на него зла! Я рада, что укусила его. Он, конечно, намерен меня убить. Но почему? Может быть, явится Руперт и спасет меня? Но, думаю, я спасу себя сама, а Руперта ждать не буду, потому что не хочу, чтобы этот граф меня убил. – Она задумалась. – Но, может, он не хочет меня убивать. Но если не хочет… Grande Dieu, неужто он похитил меня из страсти? Нет, не то – он же думает, будто я мальчик. И, думаю, он меня совсем не любит. —Ее глаза лукаво заблестели. – А теперь я убегу!

Однако дверь оказалась запертой, а окна были слишком узкими. Блеск исчез из глаз, круглый подбородок упрямо выдвинулся вперед.

– Parbleu, mais c'est infвme! Он посмел меня запереть! У, как я сердита! – Она прижала палец к губам. – Будь у меня кинжал, я бы его заколола, но кинжала у меня нет, tant pis. Так что же? – Она помолчала. – По-моему, я боюсь, – призналась она. – Я должна бояться этого злодея. Пожалуй, будет лучше, если я буду спать и спать.

Снаружи послышались шаги. С быстротой молнии Леони улеглась на кушетку, накрылась плащом и закрыла глаза. В замке скрипнул ключ, и кто-то вошел. Леони услышала голос Сен-Вира.

– Подай завтрак сюда, Виктор, и никого не впускай. Мальчик еще спит.

– Bien, m'sieur.

«Что еще за Виктор? – подумала Леони. – Слуга, наверное. Dieu me sauve».

Граф подошел и нагнулся над ней, прислушиваясь к ее дыханию. Леони попыталась утишить неприятно громкое биение своего сердца. Очевидно, граф ничего необычного не заметил, так как туг же отошел. Вскоре Леони услышала позвякивание посуды.

«Очень трудно слушать, как ест это свиное отродье, когда я так голодна, – размышляла она. – Но я еще заставлю его пожалеть!»

– Когда прикажете закладывать, мосье? – осведомился Виктор.

«Эге! – подумала Леони. – Значит, мы поедем дальше!»

– Спешить больше некуда, – сказал Сен-Вир. – Аластейр, глупый юнец, за нами во Францию не помчится. Подай экипаж к двум.

Леони чуть было не открыла глаза, спохватившись в последний миг.

«Le misйrable! – подумала она с яростью. – Так я в Кале? Нет, это никак не Кале. Может быть, я в Гавре? Не знаю, что я сейчас могу сделать, но, конечно, буду спать и спать.