— Здесь, сейчас, мы можем доказать этим надменным мерзавцам, что нас опасно недооценивать. Смертельно опасно. Ведь мы боремся даже не за свободу, — тихо сказала Фокси. — Мы бьемся за надежду. За будущее всех угнетенных рас. Нет разницы, из чего сделано наше тело и как оно родилось. Мы разумны, мы любим, чувствуем, страдаем — и синтеты, и природные. Мы живем. А за право на жизнь можно и сразиться, что скажете, друзья?

Ответа не было долго. Наконец, красный волк с трудом поднял голову и улыбнулся.

— Жизнь для таких, как мы, значит не совсем то же, что для природных, — отозвался он грустно. — Но мы постараемся, маленькая гостья из будущего. Мы постараемся.

Ящерка Нисса склонила красивую точеную голову набок.

— Постараемся, — сказала она твердо. — Я с тобой, Фоксглав.

— И я, — вздохнул золотой мышонок по имени Рим. — Умеет она убеждать, да… Угрюмый енот безразлично взмахнул хвостом.

— Хуже все равно не будет. Я с вами. Летучая мышка улыбнулась:

— Спасибо, друзья. Спасибо. А вы? — она повернулась к двум зверям, до сих пор не принимавшим участия в разговоре. Один из них, пушистый, похожий на меховой шарик, ярко-красный тушканчик с огромными полупрозрачными ушами, робко кивнул.

— Фенек готов. Фенек поможет. Фенек не знает, как помочь, но хочет…

— Ты самый главный в плане, — серьезно отозвалась Фокси. — Ты умеешь принимать и передавать радиоволны. С твоей помощью Нисса свяжется с повстанцами, когда выберемся на волю.

— А что ему мешает связаться прямо сейчас? — хмуро спросил енот. Тушканчик вздрогнул.

— Нет главной частоты… — отозвался он тихо. — Фенек уже давно не ловит главную частоту. Много недель тишина. Фенек слишком глубоко. На поверхности поймает. Фенек уверен!

— Я тоже уверена, — вставила Фокси. — И Линг уверен, — она подошла к красному волку и ласково провела крылом по его лапе.

— Без Линга мы не могли бы понимать друг друга, — сказала летучая мышка. — А ты, Громоран? Ты с нами? — она взглянула на последнего члена отряда.

— Да куда ж вы без меня денетесь! — фыркнул мощный зверь, похожий на серого в яблоках крылатого коня. Опустив красивую голову к Фокси, он добавил: — Ты смелая, умная и находчивая маленькая мятежница, вот только твоя грузоподъемность оставляет желать лучшего.

Громоран в пять раз превосходил размерами остальных и пропорциями напоминал коня-тяжеловоза, скрещенного с кондором. В его способности поднять в небо хоть тонну, сомневаться не приходилось, но тут была другая проблема:

— Все это увлекательно, — угрюмо заметил оранжевый енот Н'агол. — Прямо Фантастическая Семерка. Только Громоран не пролезет в вентиляционную шахту. Фокси усмехнулась.

— А кто намерен убегать по шахте? Мы здесь ни одного зверя не бросим! Синтеты переглянулись.

— Освободить их ВСЕХ? — недоверчиво спросил мышонок Рим.

— Фенек не понимает. Фенек тревожится.

— Фокси, это и правда странная идея, — заметила Нисса. Летунья замотала головой:

— Я все продумала. И просканировала, — добавила она многозначительно. — Видите, там, на стене, длинный шов? Я просветила вокруг сонаром, это грузовой люк. Такой огромный, что, если его открыть, за пару часов все пленники окажутся на воле! Линг тяжело покачал головой.

— Мы под землей, Фокси. Очень глубоко.

— Знаю, — кивнула летучая мышь.