Свет шел только из полузашторенных окон и… от клубов тумана.
– Не работает, – потерянно произнесла доктор.
Беспокойство Тэсс усилилось. Она поняла, что все еще не выпустила руку брата, и не стала этого делать. Ей вдруг очень захотелось просто… услышать голос. Голос, не принадлежащий никому из тех, с кем она была на берегу. Голос Минди, или Мойры, или воспитательницы Ладлиги, или управителя Паолино. Точно угадав ее мысли, Таура набрала в грудь воздуха и позвала:
– Э-э-эй! Кто-нибудь! Ло Паолино! Ло Тавир! Ла Трэвисса!
Стояла поразительная тишина. Крик девушки даже не пробился сквозь туман. Таура позвала не только управителя, но и сменного сторожа и старшую повариху. Они должны были уже проснуться к тому времени, но тоже не отозвались. Таура шумно вдохнула, но Мади Довэ мягко остановила ее:
– Лучше не кричи.
– Почему? – сдавленно спросила шпринг.
– Потому что мы не знаем, что случилось, и лучше не шуметь, что тут непонятного? – Джер коротко взглянул на нее. – И такой ор бы всех перебудил, если бы тут кто-то был.
– Но…
– Правда, – Тэсс старалась говорить ровно и одновременно осознавала, что сама сдерживает крик только огромным усилием и что уже долгое время нервно прижимает Марча к себе. – Наверняка все просто спят, но все же…
– Все не просто спят, – оборвал ее Джер. – Я даже не уверен, что все всего лишь умерли.
Таура, кажется, всхлипнула.
– Давай ты пока не будешь нагнетать, приятель? – осторожно предложил Ласкез, переступая с ноги на ногу и прислушиваясь к стуку собственных подошв. – Ничего еще не понятно. Надо выяснить.
– Но ведь он прав, – раздался сзади тихий, почти бесплотный голос.
Тэсс обернулась, на всякий случай покрепче держа Марча.
Бледная девушка с грязно-светлыми, какого-то неопределенного цвета волосами стояла в проеме распахнутых дверных створок. Из-за ее узкой спины в холл вползал все новый и новый туман. У маленьких босых стоп замерли двое рогатых зайчат-лапитапов, поджавших мохнатые передние лапки и с любопытством заглядывавших в помещение. Сзади был еще один заяц, но покрупнее.
– Он прав, – повторила девушка, не двигаясь с места. – Никого нет. Все исчезли. Как тогда.
5. Ву
Тэсс точно помнила, что она тоже из старших – эта странная девушка с чистыми, но все равно как будто неопрятными волосами.
Это была Ву Ва’ттури, впрочем, она редко отзывалась на навязанную ей чужую фамилию. Ву, просто Ву.
Тэсс казалось, что изначально ее имя было длиннее, вроде ее звали Вальбурга. Может, она отказалась от него так же, как от всего, что казалось ей ненужным. Например, от обуви, лишних знакомств и планов на жизнь.
Ву было наплевать, называют ли ее ла или ле: она выглядела от силы на пятнадцать, зато умных слов знала больше, чем некоторые воспитатели. Ву иногда можно было увидеть во время завтрака или обеда, чуть чаще – на уроках, и еще чуть чаще – на тех занятиях, что проводились на природе: в Дальнем Лесу, рощах и на побережье. Ву нравился свежий воздух и не нравились коридоры, лестницы, потолки, стены. Людей Ву тоже не особенно любила. Другое дело – звери.
К ней единственной без страха подплывали китрапы и даже катали ее на своих спинах; птицы бесцеремонно садились ей на плечи. Но больше всего к ней тянулись лапитапы. Рыже-серые пятнистые зайцы с ветвистыми рожками ходили за Ву стайками, сидели у крыльца Крова, терпеливо ожидая, пока она выйдет, приносили ей вырытые из земли камешки, корнеплоды, а также раковины с берега океана.
Заметив остальных обитателей приюта, лапитапы, как правило, шустро удирали. |