— А когда они придёт в себя?

— Неизвестно. Прийти-то она придёт, но помнить, кто к ней приходил, она не будет. Слышал, что она говорила? Повторяла фразу, сказанную ей колдуном.

— Наверное, я позвоню Нечаеву. Он в таких вещах специалист, пусть подсказывает.

— Подожди. Не надо никому звонить.

Вика зашла за стойку и развернула стул с Антониной к себе. Я заметил, что глаза Вики зажглись странным зелёным огнем — однажды я такое с ней уже видел, но забыл спросить, что это значит.

— Посмотри на меня, — приказала она женщине.

Та послушно подняла голову, но ее взгляд по-прежнему оставался затуманенным.

— Как тебя зовут?

— Антонина… — последовал ответ.

— Где ты сейчас находишься?

— Не знаю…

— Вернись, слышишь меня… вернись обратно… — жёстким голосом заговорила Вика.

У меня лезли глаза на лоб от этого зрелища. Много чего я не знал об этой женщине.

Антонина молчала, но явно начала приходить в себя. На лице появился румянец, остекленевший взгляд становился всё более осмысленным.

— Что случилось? — наконец спросила она.

— Вас кто-то загипнотизировал.

— Что? Как? Зачем? За что? — испугалась Антонина.

— Этого я пока сказать не могу. Однако ночью к вам кто-то приходил, ввёл вас в транс, взял ключи от нашего номера, открыл его и подбросил записку.

Женщина в ужасе вскочила и распахнула шкаф. Внутри на его двери висели ключи.

— Все, вроде, на месте…

— Значит, вернул. Очень вежливый колдун. Не волнуйтесь, ничего не пропало. Всё хорошо.

Женщина вытащила из тумбочки кружку, чайник и налила себе воды.

— Какой-то кошмар, — произнесла она.

— Да, неприятно, — согласилась Вика. — А теперь постарайтесь вспомнить того, кто к вам приходил. И вообще всё, с чего это началось

Антонина на минуту закрыла глаза.

— Нет, не помню… Я сидела, смотрела телевизор… а потом всё исчезло… темнота… я оказалась в какой-то тёмной комнате, но мне почему-то было не страшно. Долго я там находилась… А затем пришли вы… Ой… — поёжилась она.

Мы постояли ещё несколько минут, но вспомнить женщина ничего не могла. Потом на пороге возник мужчина с двумя большими чемоданами, страстно желающий поселиться в гостинице, и нам пришлось уйти. К этому моменту Антонина уже окончательно пришла в норму и даже начала шутить.

— Как ты это сделала? — спросил я у Вики, когда мы вернулись в номер. — Я такого за тобой не замечал раньше!

— А раньше такого и не было, — ответила она. — Недавно начала замечать у себя странные способности к разрушению иллюзий. Шла однажды мимо магической рекламы магазина, и вдруг мелькнула мысль, что могу заставить её исчезнуть. Сказала «тебя нет», и надпись растворилась в воздухе. Родители говорили, что у меня бабушка — колдунья, но я в это не верила.

— Вот это да! — я покрутил головой.

— Сначала испугалась, потом привыкла. Гипноз, наверное, тоже иллюзии, раз у меня с ним всё вышло. Сейчас я даже не думала о том, что делаю. Слова сами откуда-то нашли меня.

— Женщина, разрушающая иллюзии. Какой ужас, — пробормотал я.

— И не говори, — согласилась Вика.

— Получается, с Антониной работал опытный маг-менталист.

— Может и нет! Опытный бы сделал так, чтоб она пришла в себя, как только он убрался.

— Да, ты права. Получается, дилетант? Как странно.

— И не говори.

Тут зазвонил установленный в номере телефон.