Сжав ободок шлема зубами, он понесся так быстро, как только мог на своих израненных конечностях. Добежав до лагеря, он прямиком направился к Комаку. Как только высокий вождь увидел стальной шлем, окровавленный у ободка, он все понял и немедленно начал действовать. Вскочил на ноги и огляделся по сторонам. Не прошло и секунды, как в лагере закипела работа.

— В чем дело, отец? — спросила Адриэль, понимая, что ее отец только что отдал какой-то приказ.

— Солдаты! Твой любимец нас предупредил!

— Тери? — Полными изумления глазами смотрела она на него, пока отец подтолкнул ее к их наполовину поставленной палатке. — Вот молодец!

— Не думал я, что люди Китру отважатся так далеко забраться в лес… но тери убежал всего несколько минут назад. Солдаты близко… они вот-вот будут здесь!

Адриэль побледнела.

— Что же нам делать?

— Нам остается только одно. — Комак торопливо свернул полотнище палатки и небрежно кинул его в кусты. — Спастись бегством мы не успеем — хотя Деннел, кажется, думает, что так будет лучше всего.

Через всю поляну он посмотрел на молодого человека. Посреди общей суматохи тот выглядел странно — стоял на одном месте, опустив руки. Видимо, он не знал, как ему поступить.

— Нам нельзя драться с ними! — воскликнула Адриэль.

У нас нет выбора! Если они найдут только что покинутый лагерь, это все равно что они найдут нас! Они вернутся в крепость, и скоро по нашим следам пойдет настоящая охота. Сейчас здесь, видимо, только разведчики. Нам остается одно: рас ставить капкан и понадеяться, что солдат окажется не слишком много.

Палатки быстро свернули; женшин и детей услали с поляны, навьючив их всем, что они могли унести. Двадцать мужчин с натянутыми луками взобрались на деревья, окружающие поляну.

— Ты пойдешь со мной. — Адриэль ухватила тери за загривок и потянула его за собой. — Здесь будет слишком опасно!

Тери неохотно последовал за Адриэль и теми, кто не участвовал в боевых действиях. Однако, пройдя совсем немного, он вырвался и во весь опор понесся назад, к лагерю. Ему нужно видеть, что произойдет!

План Комака оказался ужасно прост. Забравшись на дерево, тери увидел, как отряд разведчиков — один из которых потирал непокрытую, окровавленную голову — вступил на поляну. Они по-прежнему двигались по одному, друг за другом. Солдаты внимательно осмотрели наскоро забросанный костер и стали тихо переговариваться между собой. Земля, которой закидали костер, была еще свежей; теперь солдаты были настороже.

Тери заметил Комака, который следил за солдатами с другого дерева. Почему он не отдает приказа стрелять? Чего ждет? Все разведчики здесь!

Потом тери понял: Комак не знает, сколько солдат в отряде. И потому выжидает, желая убедиться в том, что в ловушку заехали все солдаты до одного.

Тери задумался. Что бы предпринял он сам, будь у него под началом отряд из двадцати талантов-лучников? Возможно, он назначил бы каждому лучнику свою цель, чтобы в каждого из солдат попало по меньшей мере три стрелы; еше двух лучников он оставил бы в резерве. Потом он отдал бы мысленный приказ…

Внезапно он услышал звон: одновременно по врагам ударили стрелы, спущенные со многих тетив. Пятеро солдат вскрикнули: каждого пронзили три стрелы, пушенные из различных мест. Они зашатались, повалились на землю и скорчились там. Шестой вовремя наклонился, чтобы осмотреть траву; стрела лишь задела его плечо. Увидев, какая участь постигла его спутников, шестой развернулся и побежал в кусты. Но две стрелы, пущенные из резерва, остановили его, не успел он пробежать и шести шагов.

За время битвы не было произнесено ни единого слова; после победы не было слышно криков радости.