— Что ж, пусть будет через час.

Утром Кааврен поднялся очень рано, оделся и велел заседлать коня. Сегодня он не желал зависеть от имперского или любого другого транспорта. Поцеловав графиню, он отправился во дворец; глаза его постоянно изучали лица прохожих, их поведение, как и где они собирались.

Прибыв, первым делом капитан отправился к себе в кабинет и написал еще несколько распоряжений, а потом явился в Первую приемную и попросил, чтобы императрице передали, что он желал бы переговорить с ней в любую удобную ее величеству минутку. Таковая нашлась очень быстро, и его снова пригласили в покои для завтрака. На сей раз императрица не задавала вопроса, лишь шевельнула рукой, и Кааврену принесли клявы.

— Доброе утро, капитан, — сказала Зерика.

— Доброе утро, ваше величество. Простите, что заставил себя ждать.

— Пустое. Что вы можете сообщить?

— Я отдал все возможные распоряжения, и они нам понадобятся. Горожане напуганы, ваше величество.

Она кивнула.

— Алиера согласна передать вам во временное подчинение дивизию Речных Пташек.

Кааврен кивнул.

— Пригодятся. Кажется, эти войска мне знакомы, руководит ими Гарсери из линии э'Терикс.

— Алиера сказала, они встали лагерем под Старыми воротами. Весь командный состав будет на месте еще до полудня.

— Хорошо.

— Косадр, вы сообщили, что у вас тоже есть новости. Итак, чародей?

— Ваше величество, — проговорил Косадр, — до меня дошли слухи о некоем устройстве — божественного происхождения, — которое, возможно, обладает силой воспрепятствовать воплощению дженойнов.

— Что за устройство? — спросил Кааврен.

— Некая серебряная тиасса, предположительно, изготовленная Мафеньи.

— Никогда о подобном не слышала, — отозвалась Зерика. Молчание. Держава замигала белым и желтым. — И Держава тоже.

Кааврен спросил:

— Где вы это узнали? Очень уж странное совпадение в подобный момент.

— Я первым делом велел расспросить всех, не знает ли кто о чем-нибудь способном помочь. О тиассе мне рассказала кузина, которая сказала, что однажды слышала, как эту легенду рассказывал менестрель. Менестреля уже ищут.

— У Сетры уточняли? — спросила императрица.

— Она сама появится чуть позже, — ответил чародей, — тогда и спрошу. И заодно у Некромантки.

— Хорошо, — сказала Зерика.

— Помимо этого, — добавил Косадр, — мы собираем все наличествующее вооружение, которое может оказаться эффективным. И попросили лорда Морролана оставаться в пределах досягаемости.

— Что ж, хорошо. У вас еще что-то есть? В таком случае пока все. Держитесь на связи, и если ситуация того потребует, беспромедлительно связывайтесь прямо со мной через Державу. Я сделаю то же самое.

Кааврен одним глотком допил кляву, поднялся, отдал честь императрице и вслед за Косадром покинул покои.

День был суматошным. Он проверял расположение сил, перераспределял стражников на нужные позиции, получал известия о состоянии дел на улицах, встречался с генералом Гарсери и ее штабом, дважды встречался с Алиерой — в общем, ни минутки сесть передохнуть.

В середине дня Кааврена еще раз вызвали встретиться с ее величеством, Косадром и Алиерой. На сей раз это было в алькове, как именовали уединенную пристройку к тронному залу. На совещании также присутствовала Сетра Лавоуд, Чародейка горы Дзур, открыто носившая при бедре Ледяное Пламя. Кааврену она кивнула как старому знакомому, на что он ответил столь же серьезным наклоном головы.