Прошел почти год с того момента, как Аль-Ришад вынырнул в другой реальности. На удивление спокойный год. После всего того, что пришлось пережить в предыдущей версии Земли, мир, разделенный всего на пять огромных кусков, казался простым и легко управляемым. Очень скоро Линган обнаружил, что у него появилось некоторое свободное время, которое он может с удовольствием проводить в своем замке, где полюбили появляться остальные Президенты стран Земли.

Годовщина объединения с новой реальностью подошла неожиданно быстро. Линган перенес ежегодный бал на эту дату. Землянам было что праздновать. Всего за год с эпидемиями было покончено. Мировая экономика вернулась к росту, люди к работе. Но его не покидало беспокойство, словно что-то было недоделано или где-то кто-то решил будущее за него, к которому он не был готов.

В этот раз собралось даже больше гостей, чем обычно. Люди, уставшие от болезней и страха, наконец, расслабились и начали снова получать удовольствие от жизни.

На бал прибыли президенты практически всех стран Земли с женами и многочисленной свитой, весь Совет Вардов. Линган настороженно вслушался в Лигалона, который всего несколько месяцев назад узнал о своей ожившей дочери.

Появление Строггорна и Аоллы, с открытыми лицами, было встречено овацией. Жесткость, с которой Строггорн смог навести, наконец, порядок в распределении лекарств, в этой реальности почему-то невероятно импонировала жителям Земли. Линган знал, что в высших кругах любое упоминание о непростом прошлом Строггорна воспринималось едва ли не как личное оскорбление присутствующих, и его даже заставили сменить казалось бы его несменяемое агентурное имя «Инквизитор».

Креил и Тина, в утонченнейших вечерних нарядах, возникшие посреди зала, вызвали бурное оживление. Больше всего женщин волновало, где, у какого такого секретного дизайнера, Тина достала это платье, которое казалось живым, плотно обтягивая ее тело. Линган пригляделся и подумал, что и правда в этом платье было что-то странное, не иначе, Тина выпросила энерготкань у Лиона, а вовсе не уговорила какого-то дизайнера.

Лигалон подошел к Тине, она только улыбнулась отцу, вспомнив, как в один из вечеров, он просто неожиданно появился в гостиной их квартиры и потребовал явиться домой, к маме, с извинениями, опоздавшими на несколько лет.

Лигалон крепко обнял дочь, тихо поинтересовался, как она себя чувствует, и успокоено кивнул на ее заверения, что все в порядке.

Бесшумно возник Император Японии, Линган немедленно прошел ко входу, встречать столь уважаемого человека.

— Не нужно так спешить, господин Президент, я не собираюсь исчезнуть в другой реальности, — японец, как всегда, подшучивал.

— Очень рады видеть вас, ваше Величество! — Линган застыл в метре от Императора и низко поклонился.

— Изумительный бал! — Император оглядывался по сторонам. — Я не знал, что вы живете в такой шикарной резиденции, господин Президент.

Он низко поклонился, приветствуя подошедшую Аоллу, одетую в вечернее платье, конечно же ярко-красного цвета.

— Если вы не возражаете, господин Президент, мне бы хотелось обсудить некоторые вопросы с вашей изумительной Советницей!

— Как я могу вам в чем-то отказать, Ваше Величество! — Линган оглядел празднично разодетую толпу, и почувствовал, как потеплело на душе.

— Линган, — позвала его Этель, он сразу обернулся. — Ты почему один?

— Что значит один? Лао должен быть где-то рядом.

— Не видела его еще, — Этель улыбнулась. Линган с удовольствием посмотрел на ее красивое молодое лицо, охватил взглядом хрупкую фигурку, в золотистом, облегающем платье с открытой спиной.