Не желая злоупотреблять своим положением или властью Марнса, они ожидали своей очереди в ряду тех, кто проходил сквозь ворота. Среди этих усталых мужчин и женщин, возвращающихся с работы и заносящих в журнал свои кредиты за поход и часы труда, Дженс почувствовала вдруг, как халатно она распорядилась временем во время долгого спуска: вместо того, чтобы погрязать в размышлениях о собственной жизни, она должна была хорошенько продумать аргументы, с которыми надлежало обратиться к этой самой Джульетте. Сейчас, когда мэр потихоньку продвигалась вместе с очередью к воротам, с ней случилась редкая вещь: она занервничала. Рабочий впереди показал своё удостоверение личности — карточку, окрашенную в голубой цвет, цвет Механического отделения — и сделал запись на пыльной грифельной доске. Настал их черёд. Они прошли через внешние ворота и показали свои удостоверения — карточки золотого цвета. Брови дежурного поползли вверх. Вглядевшись, он узнал мэра.

— Ваша честь, — проговорил он, и Дженс не стала его поправлять. — Мы не ожидали вас так скоро. — Он махнул им, чтобы убрали карточки, и потянулся за мелом. — Позвольте, я сам.

Он повернул доску обратной стороной вверх и аккуратным почерком написал их имена, выпачкав при этом нижнюю сторону ладони в старой меловой пыли, толстым слоем покрывавшей доску. Рядом с именем Марнса он попросту проставил «шериф» — и опять Дженс не стала его поправлять.

— Я знаю, Джульетта Николс ожидает, что мы появимся позже, — сказала Дженс, — но нельзя ли нам встретиться с ней прямо сейчас?

Дежурный повернулся и глянул себе за спину, на электронные часы.

— Она на генераторе, освободится только через час. А зная её, то, может, и через два. Вы могли бы подождать в столовой.

Дженс взглянула на Марнса, тот пожал плечами:

— Вообще-то я пока что не сильно проголодался.

— А нельзя ли нам посмотреть на неё во время работы? Было бы очень интересно взглянуть на то, чем она занимается. Мы постараемся не мешаться под ногами.

Дежурный развёл руками.

— Вы мэр. Не могу отказать. — Он указал мелком на коридор. Люди в очереди по другую сторону входа нетерпеливо переминались в ожидании, когда он освободится. — Спросите там Нокса. Он выделит кого-нибудь проводить вас вниз.

Нокса было трудно не заметить. Его объёмистая фигура была облечена в самый большой комбинезон из всех, какие Дженс довелось в своей жизни увидеть. «Интересно, ему случаем не пришлось доплачивать за лишний материал?» — подумала она. И ещё: как этот человек умудрялся насытить такое громадное пузо? Ко всему прочему, невозможно было понять, то ли он улыбался, завидев гостей, то ли хмурился — половину лица великана закрывала густая бородища. Бетонная стена, а не человек.

Дженс объяснила, зачем они здесь. Марнс сказал: «Привет!», и мэр поняла, что мужчины знакомы. Ну да, в тот раз, когда полицейские были здесь, внизу. Нокс выслушал их, кивнул, а затем пророкотал что-то голосом таким глубоким, что даже слов было не разобрать. Однако тот, к кому обращались, видно, понял, потому что из-за спины гиганта материализовался парнишка — несколько разболтанный и с невероятными оранжевыми волосами.

— Сведикаихвнизкджулс, — прогремел Нокс. Промежутки между словами в его речи были столь же еле заметны, как и просвет в бороде, в котором, по идее, должен был располагаться рот.